Ведьмина вода

Варя с Лерой нарядились так, будто собирались позировать художнику прямо на вернисаже, Марк же вовсе не хотел идти, но оставаться дома в одиночестве ему не позволили, заявив, что пока он не вернет утраченное доверие, глаз с него не спустят.

Погода в этот день выдалась пасмурной. Тяжелые серые тучи стояли над городом. Природа замерла в безветренной духоте, словно притаилась перед неминуемой бурей в надежде, что стихия пройдет стороной.

Опасаясь попасть под дождь, в центр друзья поехали на трамвае. Сидя рядом с Марком, Лера искоса поглядывала на его бесстрастный четкий профиль.

По внешнему виду парня практически никогда невозможно было понять, о чем он думает, какое у него настроение, грустит он или доволен, и только в его необычных изумрудных глазах кипела яркая жизнь, словно некое удивительное существо смотрело на мир сквозь прорези глазниц – маски молодого человека.

Выставка-продажа легенды Дивноморска художника Владислава Завьялова проходила в выставочном зале городского краеведческого музея рядом с центральной площадью.

К музею друзья подошли за полчаса до начала выставки, вполне хватило времени отстоять приличную очередь за билетами. Желающих посмотреть на магические картины, исполняющие желания, собралось довольно много, тем более что в пасмурный, вот-вот обещающий разразиться ливнями день особых развлечений в приморском городе не водилось.

Ожидая, когда начнут пускать внутрь, Валерия рассматривала огромную афишу выставки на фасаде музея: уже знакомое мефистофельское лицо, словно собранное из острых треугольников.

Девушку буквально завораживал этот портрет, мелькнула даже мысль о том, что эту картину можно купить, не торгуясь.

Ровно в назначенный час двери музея распахнулись, и публика потекла внутрь. Галеристка – высокая, импозантная дама в тесном пиджаке с короткой юбкой и в туфлях для танцев у шеста проводила посетителей в выставочный зал. В центре зала красовался длинный стол, заставленный бокалами с красным и белым вином, тарелочками с канапе и оливками.

Во главе стола, словно хозяин, встречающий гостей, стоял сам Владислав Завьялов. Высокий, худой, слегка сутулый, в темном костюме с красной рубашкой, с разбросанными по плечам черными волосами с сильной проседью, он выглядел еще эффектнее, чем на портрете. Было нечто гипнотизирующее во всем его облике: в расслабленной позе с вытянутыми вдоль тела руками, в лице с хищным носом, в глубоко посаженных глазах, горящих лихорадочным огнем.