Нашествие хронокеров

Значит, они либо успели уехать, либо…

Я подошел к фиолетовому «опелю» и подергал дверцу. Тут же включилась сигнализация, она буквально разорвала тишину. Я отпрянул и зашагал прочь. Несколько секунд мне казалось, что меня сейчас окликнут, но ощущение быстро прошло. Я заставил зазвучать еще несколько автомобилей, пока у самого поворота на Смоленский бульвар не наткнулся на черную «мазду», у которой дверца была приоткрыта. Я заглянул: ключ был в замке.

Устроившись, я завел мотор и включил печку.

Окинул взглядом салон: кто владел этой машиной – хозяин или хозяйка?

На заднем сидении лежал детский рюкзачок в виде мишки-коалы.

Меня замутило, и я сказал себе: не думать об исчезнувших. Хотя бы, сейчас.

Я выехал на середину дороги и на небольшой скорости двинулся вперед, время от времени поглядывая по сторонам. Убедившись, что людей в Левшинском нет, я увеличил скорость и, выехав на Смоленский бульвар, завернул направо, в сторону Арбата.

Впереди было нагромождение машин: не просто пробка, а какая-то массовая авария.

Подъехав, я остановил «мазду» и несколько раз посигналил. Ответа не последовало.

Я вышел и крикнул громко, как мог:

– Есть кто живой?!

– Кто… живой!.. – повторило эхо.

Подождав минуту, я проорал еще раз.

И снова услышал в ответ только бессмысленный хохот домов.

Я посмотрел на окна семиэтажного здания с торчащими повсюду блоками кондиционеров, и у меня мелькнула мысль пройтись по его этажам, заняться мародерством.

Впрочем, мысль не просто глупа. Она нелогична.

Теперь мне принадлежит весь этот город. Пусть все вещи лежат на своих местах. Я могу ими пользоваться, когда захочу.

Вчера я продал свою единственную квартиру, сегодня у меня миллионы квартир. Миллионы телевизоров и предметов бытовой техники – мои. Вся одежда и мебель, и даже семейные фотоальбомы тоже теперь принадлежат мне, поскольку я единственный, кто может к ним прикоснуться.

Да нет же, мне не хватит остатка жизни, чтобы прикоснуться ко всем этим вещам.

Но почему жив я?!

Внезапно почувствовав приступ голода, я захлопнул дверцу и пошагал к супермаркету.

Войдя внутрь, присмотрелся: нет ли на полу песчаных клякс? Но полы были чистыми, как будто их только что вымыли.

Взял тележку и, объехав за несколько минут магазин, набрал в нее продуктов, которые, обычно покупал лишь на Новый год.