Монастырские

И она бодрым голосом восклицала:

– А не пора ли нам попить чая с конфетками! …

+++

– Ты бы, Ниночка, в церковь, что ли, сходила! – говорила вернувшаяся с воскресной Литургии набожная соседка и совала в руки шестидесятилетней Нины Кимовны припасенную для неё просфору.

Беломедова приподнималась со скамейки возле подъезда, где обычно проводила предобеденный отдых, кланялась, и вновь усаживалась поудобнее.

– А что, опять поминальные дни?

– Ну, зачем именно поминальные. В церковь всегда хорошо зайти, в любой день.

– Аааа, – равнодушно тянула Нина и крошила голубям остатки старого хлеба из пакета. – Я панихиды по памятным датам заказываю. А так, чтобы в церкви часами время убивать на службах, это как?то у нас дома было не принято…

Когда лучи поднявшегося в зенит солнца упирались в макушку, Нина уточняла время по наручным часам, и направлялась в близлежащую столовую – место своего трёхразового питания. Дома оставалось только выпить стакан кефира перед сном.

Трижды в неделю домработница Клавдия Романовна наводила в квартире Нины порядок.

Клавдия Романовна была нанята ещё при жизни супругов Беломедовых. После их кончины, согласно завещанию, ей было назначено из сбережений усопших содержание в качестве платы за опеку Нины Кимовны Беломедовой.

Жоржетта Александровна незадолго до своей кончины слёзно умоляла домохозяйку не оставлять Ниночку даже в случае, если закончатся семейные средства. «Во славу Божию», – подтвердила своё согласие быть пожизненной нянькой Нине Кимовне верующая попечительница.

С годами, действительно, денежные накопления иссякли. Нина стала питаться дома. С Клавдией Романовной объединили обе пенсии.

Вместе ходили на рынок, а потом домохозяйка (или, как она себя называла, «сестра во Христе») варила супы с борщами, придумывала вторые блюда. Согласно традиции семьи Беломедовых сервировала стол. И вдвоём с Ниной трапезничали.

По вечерам Нина устраивалась перед телевизором и, как мама в последние годы жизни, щёлкала пультом, переключая каналы.

 А раба Божья Клавдия на кухне вычитывала перед сном молитвенное правило. Во время рекламных пауз Нина выключала звук (так делала мама), и слушала разговор няньки с Богом. «Господи, помилуй!» –  зачем?то повторяла Нина услышанное и сама себе удивлялась. «А вдруг Он всё?таки есть?» – думала она и с такими мыслями засыпала.

Во сне она из старой девы вновь превращалась в маленькую девочку. Бог брал её на руки, баюкал и обещал скорую встречу на Небе.