Цвета индиго

А потом – он что, идиот, в четырнадцать-то лет?

– Во сколько?! – чуть не подпрыгнула Пат. – В четырнадцать?!

– С половиной.

– Нет, нет и нет. Да я никогда не работала с подростками! Я даже не знаю, как с ними разговаривать… не говоря уже про илян, которых и в глаза-то не видела.

– Разве ты мало видала зифлян, стиприсов, эльтов – все ж разумные существа, только со своими заморочками. Ну и эти такие же – люди, как люди, если можно так выразиться. Представь, что у тебя в гостях, к примеру, японец. Кстати, парнишка очень похож на японца.

Кожа только не желтоватая, как у японцев, а такой красивый темный беж разных оттенков. Да, чтоб ты знала: на Илии две расы. Каким-то образом они уживались без конфликтов, хотя социальные роли у них обозначены четко. Одни, высокие, похожие на нас, эти главные. Техники у них особой нет, так, только для удобства перемещения. Прикинь, они пользовались вьючными, и это при том, что умеют летать в космос! У них даже был раньше космопорт. Не знаю, как это объяснить, может, им помогали соседние планеты, например, Оксандра? А эти чем занимались, не поймешь. Типа нашей интеллигенции. Может, магию свою развивали? А вторые – этакие маленькие обезьянки, внешне почти дикари. Эти – обслуживающий персонал. Знают свое место и не бастуют.

– Так у них расизм? – удивилась Патрисия.

– Как раз нет. Всех все устраивает – вот такое примитивное общество… Но, возможно, мы еще не разобрались во всем этом до конца.

«Долго же вы разбираетесь», – подумала Пат.

– Ну вот… – продолжал Семен, – Наш парень, конечно, из первых.

Твой экземпляр очень симпатичный – увидишь.

– Ты говоришь так, словно я согласилась. А я же сказала тебе, что…

– Пат, – вздохнул Семен, – прости, но, если честно, у тебя нет выбора. Я не говорю про моральную сторону дела – хотя, конечно, жалко мальчишку, он-то ни в чем не виноват. Но… я рассказал тебе слишком много. Просто ни меня, ни тебя не оставят теперь в покое – так что ты со мной в одной связке.

Она даже задохнулась от возмущения.

– Вот спасибо тебе… – едва выдохнула она.

– Прости, – без особых сожалений повторил тот.

А она словно раздваивалась. С одной стороны, ее распирал гнев на Семена и его методы. А с другой… она чувствовала, что хочет пообщаться с мальчиком. Может, чтобы услышать его язык, оценить илинит в собственном исполнении. Бог с ней, с чистотой эксперимента. Это слишком интересно, чтобы сейчас о ней думать. Ну и еще… Пат почувствовала себя тайной соратницей незнакомого парня.