Белая Гора

Из бригады

Поумирали все мужчины

Внезапно. Мне же было надо

И мужа потерять, и сына.

Мой муж был нашим бригадиром.

Безумно я его любила.

И уцелел из всех один он.

Но тут – война. А сыну было

Всего семнадцать, но прибавил

Себе годочек мой сыночек, –

С отцом пошёл на фронт. В Варшаве

Погибли оба. Вижу ночью:

Заходит мой сыночек Вася

И молвит нежно и негромко:

«Уж ты не плачь, не убивайся,

Когда получишь похоронку.

Мы живы. Жизнь моя вторая

Прекрасна, – говорил мой Вася, –

Я буду жить в пределах Рая,

А папа на Земле остался.

«Ты передай, – сказал он, – маме,

Чтоб за мою молилась душу:

Я должен находиться в храме,

Что нами был недоразрушен…»

Проснулась резко. Я вскочила,

Крича: «Не верю!» прочь с постели,

Но извещенье получила

Я ровно через две недели.

И дата гибели стояла,

Запомнила я это точно,

Она всецело совпадала

С моей невероятной ночью.

Так что же мне теперь, молиться?

Я ж – атеистка, коммунистка!

И вижу сон: печальны лица

Мужчин, склонённых низко-низко.

Да это ж наши все ребята

Той удалой бригады самой!

Все коммунисты. Мы когда-то

Совместно разрушали храмы.

И среди них я вижу: тоже

Стоит, прениже всех склонился,

Мой муж любимый, мой Серёжа!

К нему рванулась – отстранился,

С протестом выдвигая руку:

«Не подходи! Прими крещенье.

Мне облегчить ты сможешь муку,

Прося у Господа прощенья

За нас обоих…» Оглядела

Я всё вокруг.

Вот здесь, у левого придела,

Стена, не тронутая нами.

Разбиты окна. Осквернённый

Алтарь, и сняты с петель двери…

Стоит, коленопреклонённый,

Мой муж, что никогда не верил

Ни в Ад, ни в Ангелов, ни в Бога,

В труде весёлый, смелый в битве,

Стоит в раскаяньи глубоком

В сосредоточенной молитве.

Тяжёлым было пробужденье,

Лежала, долго не вставая,

И на работе целый день я

Ходила, словно неживая.

Кому сказать, с кем поделиться?

И кто ж поймёт, да не осудит?

Как мне начать теперь молиться?

И что на это скажут люди?

И потекли в сомненьях снова

За днём денёк и каждый – горек.

Но в феврале, двадцать второго,

Мне снится грустный Вася: «Сорок

Нам дней сегодня. Мама, что же

Про нас с отцом совсем забыла:

Помина справить нам не можешь

И в храм ни разу не сходила?

Ещё война идёт, я знаю:

Вам тяжко и работы много.