Любить нельзя. Расстаться

Член семьи, которого надо любить, к которому надо что-то чувствовать. Она не ждала. Не обернулась даже, когда он вошёл на кухню. Только раздражённо повела плечом, почувствовав его руки на своей талии. Сергей мягко поцеловал её в висок, потёрся носом о щёку и прошептал:

– Я соскучился.

– У меня сейчас всё пригорит. – Тамара выпуталась из его объятий и продолжила помешивать овощи на сковородке. Покорно отступив, Сергей прислонился к столу и сложил руки на груди. Округлые бёдра, едва прикрытые короткой юбкой, тонкая сетка бриджей, изгиб спины и задорные чёрные хвостики, подрагивающие в такт её движениям – до крохотной мелочи родное, знакомое, домашнее.

– Том, я же вижу, что уже всё готово, хватит делать вид, что занята.

Притянув её к себе, он нырнул подмышки, накрыл грудь, мягко сжал и прихватил губами ухо.

– Скоро Даня вернётся. – Тамара попыталась вырваться, но Сергей потянулся, выключил газ под сковородкой и пробормотал, скользя губами по шее:

– Он остался с ночёвкой у Славки.

– А мне он, значит, сказать об этом не смог! – раздражённо фыркнула Тамара, сбросив его руки. – Боялся, что не отпущу, и правильно делал: с его оценками только гулять!

– Пусть отдохнёт, – великодушно махнул рукой Сергей и притянул её к себе одной рукой. – Нам тоже не помешает немного расслабиться.

– Ты умеешь думать о чём-нибудь другом? – Тамара наконец улыбнулась, обвивая его шею.

– Когда мы одни – нет.

Сергей не стал дожидаться перемены в её настроении, просто посадил на стол и впился в губы, гася в зародыше все возможные возражения. Тамара слабо ахнула ему в рот, обвила ногами и расстегнула пиджак, рваными движениями стаскивая его с плеч. Но стоило Сергею начать выцеловывать линию её челюсти, спускаясь к шее, как она застыла, взяла его лицо в ладони и заставила посмотреть на себя.

– Может, для начала примешь душ?

– От меня чем-то воняет?

– Нет, просто… – Тамара усмехнулась, – ты весь день провёл на работе, не мешало бы освежиться.

– Я хотел освежиться с тобой. Потом. – Сергей раздражённо вздохнул и потёр подбородок – весь настрой куда-то пропал, как не было. – Когда-то тебя могло остановить только землетрясение, а сейчас смущает то, что я в последний раз принимал душ утром.

– Семейная жизнь – сплошная скука, – Тамара потянулась к его губам, но он отпрянул.

– Ты права, лучше и правда помыться.