Робкий босс

– Так сильно, что, вместо того, чтобы выделить деньги, вы заставляете меня отрываться от работы и бежать к вам, чтобы их выбить!

– Хм. – Дима задумчиво постучал пальцем по губам. – Пожалуй, ты права, об этом я не подумал.

– Так вы подпишете? – недоверчиво спросила Наташа.

– Оставь Севе, всё подпишу.

– Вы говорили это в прошлый раз. – Голос Наташи опасно понизился до свистящего шепота. – И в самый первый.

– В этот раз всё подпишу, обещаю. – Дима наконец выпрямился и вдруг взмахнул ресницами, становясь похож на побитого щенка.

 – Извини старика, с памятью проблемы.

– Да ну вас, нашли старика! – на щеках Наташи вдруг проступили бледные розовые пятна. Смутившись от этого ещё больше, она махнула рукой и, бросив напоследок: – Только попробуйте обмануть! – вышла из кабинета.

Ровно три с половиной секунды Дима провожал её взглядом, скользнув по фигуре снизу-вверх и обратно, потом тихо вздохнул, потёр переносицу и прикрыл глаза. Две секунды.

Сева считал, ожидая привычного:

– Что у нас там с работой, Сев?

Каждый взгляд, каждый жест главврача был выучен Севой и просчитан до доли секунд. И с недавних пор взгляд стал чуть дольше, а вздох – чуть слышнее. Неужели он выглядит так же, когда смотрит на Соню? Если так, то дело плохо. Щёлкнув по ноутбуку, выводя из спящего режима, Сева повернул его к Диме и открыл папку.

– Из министерства пришло письмо. Ничего важного, но ознакомиться надо.

Кивнув, Дима погрузился в чтение первого документа, а Сева снова покосился на него и подумал: когда же он наконец поймёт, что по уши влюблён в свою бывшую ученицу? Первые полгода, заступив на должность, Дима усиленно пытался вынырнуть из навалившейся бумажной рутины, брюзжал, как старик, на свалившуюся ответственность и сбегал при первой же возможности, говоря, что принесёт больше пользы в операционной, чем в кабинете.

Но Сева отлавливал, возвращал и почти насильно усаживал за стол. А потом… Дима придумал развлечение, которое сам, видимо, считал очень остроумным. Он начал изводить знакомых, вынуждая приходить и срывать незначительные совещания, а ещё – отвлекать от дел. Продумывал дни, когда присутствие посторонних не сможет навредить действительно важным вещам, и получал истинное удовольствие, видя, как друзья начинают возмущаться и пререкаться с ним.

Первым, как ни странно, его раскусил анестезиолог Ваня.