Настоящий дар

А фотографии Змена в свое время исчезли – отовсюду, из всех архивов, личных дел, и даже из школьной картотеки. Лишь немногие знали его в лицо и могли составить фоторобот. Тем более что для ясновидящего подобное изображение не несло никакой информации, так как не имело энергетической связи с человеком.

Лучшим способом что-то узнать о Змене было бы разрешить Леониду поработать с ним самим – с Крисом. Но этого делать нельзя, и не только из-за Дины. Никому нельзя доверять свою голову и судьбу – это было правилом особого агента.

За последние десять лет он впервые разрешил подлечить себя только Лиде – вчера вечером. К тому же для Лени эта нагрузка может оказаться непосильной – Крис давно закрыл себя от всякого проникновения. Так что Леня сможет узнать только то, что ему «позволят» узнать.

Крис поздоровался со всеми, но ничего не стал объявлять, просто сел в свободное кресло и задумчиво уставился на огонь. В ожидании его указаний все продолжали негромко беседовать, только изредка поглядывая в его сторону, но не решались побеспокоить.

А он все пытался привести мысли в порядок.

Дина тоже была здесь. Кажется, она не выспалась. Крис даже не смотрел в ее сторону, он просто чувствовал ее состояние, «видел» движения, слышал голос. Девушка разговаривала с Ником – они спорили. Но мыслями своими была далеко. Крис знал, что она думает сейчас о нем, и необыкновенное тепло разливалось у него по всему сердцу. «Нормально ли это, – подумал он, – что я вижу ее волнения на мой счет? Разве так должны развиваться отношения? И, собственно, что нам обоим делать дальше? Может, нам всегда будет достаточно просто знать?»

Раньше он не представлял, что боль и страдание могут приносить еще и небывалую радость.

Такое чувство, что душу зажимает в тиски, выворачивает наизнанку, а предложи от него избавиться – и он в ужасе откажется. Как он жил раньше? Чем было его существование? Новые ощущения заполняли каждый миг жизни.

Да, сегодня, сейчас, ему даже показалось, что возможно и личное счастье… Нет, Дина не любит его, даже не готова об этом думать.

К тому же, он сам основательно запутал ее своим обращением. Но он не мог не видеть, что мысленно она постоянно подключается к нему, связана с ним, нуждается в его обществе.

Крис вспомнил стихи из той самой книжки, которую Дина унесла из библиотеки:

Чем больше счастья мне, тем больше боли…

Любить и быть любимым – тяжкий крест.