Книга ужаса. Мяуканье извне

Хотелось бы отметить дороговизну напольных покрытий и качественную богатую отделку стен – опять же белые тона и вкрапления золотых орнаментов. Потолки украшает барельеф и он мне совершенно не нравится – на нем запечатлены древние сцены насилия, я вижу воочию пожирающих детей тварей, я посмотрел внимательней и увидел жертвоприношения, казни, пытки рабов, содомию. В центре потолка на выпуклом круге висит хрустальная люстра, которая при свете дня поблескивает искристыми звездочками и россыпью драгоценных бриллиантов.

Я только что оглядывался по сторонам, когда мне показалось, что за окном кто-то стоит – немного в отдалении поближе к фонтану – я бы сказал страшная тварь, я не задерживал взгляда на том окне, поэтому не сразу понял, что кого-то заметил, а когда понял, то немедленно обернулся, чтобы рассмотреть более детально, но за окном уже никого не было.

Поджилки затряслись, задрожали колени, во рту пересохло, и моя кожа сделалась бледной как мрамор, я пошатнулся и едва не упал в обморок. Пусть я и не разглядел незнакомца досконально, но я точно видел силуэт бешеной собаки, может быть волка, стоящего на задних лапах, скорее, напоминающего человека с отвратительной пастью, оскалом.

Мне показалось, что он смотрел на меня с аппетитом, с агрессией.

От увиденного стало дурно. Ощущение животного ужаса пробежало от макушки до самых пяток. А тут еще проклятый живот снова свело от голода.

Мне в голову пришла мысль раздобыть какое-нибудь оружие, может быть сломанную ветку? И заточить ее? Черт, ведь здесь нет ни единого ржавого ножика.

А что если хозяин поместья озлобился на меня за разбитое окно? Я чувствовал себя неловко по этому поводу. И тут же вознамерился извиниться.

– Дорогой неведомый господин, прости меня за то, что не оценил твоего гостеприимства! – закричал я, когда вышел к фонтану. – Если ты дашь мне инструмент и стекло, то я сию же минуту починю окно! Я не хотел здесь мусорить. Я просто немного напуган. Я не знаю где я нахожусь и я даже не знаю кто я!

В ответ откуда-то из многочисленных кустов на аллее послышалось собачье рычание.

Я отпрянул назад. Мне стало страшно. Я говорил радушным услужливым тоном, но невидимого хозяина мои слова совершенно не тронули. Более того – он рассердился на меня. Я поспешил вернуться в дом. Там я укрылся на втором этаже и долгое время прислушивался к звукам снаружи.

Рычание больше не доносилось, шорохов тоже не было. Но в то же время со стороны садов откуда-то сзади послышался треск ломаемых веток.