Развод. Я не вернусь

– Слушаю тебя, – сухо бросила она в трубку и сразу отставила её подальше от уха, услышав возмущённый рык мужа:

– Мария, что за дела?! Ты выставила мои вещи, и я не могу попасть в квартиру!

– А зачем тебе туда попадать. – равнодушно ответила Маша. – Тебе там совершенно нечего делать. Можешь идти, куда хочешь.

– Мария! … Маша в чём дело? – сменил тональность муж.

– А сам не знаешь? Как долго ты собирался скрывать беременную любовницу? Пока не родит? Тебе сказать, как это называется? Предательство! Понимаешь?! Ты за моей спиной трахался с первой женой без зазрения совести и заделал ей второго ребёнка! – крикнула Маша.

 – То есть это длилось не один день! При этом ты нагло приходил домой к супам, котлетам и глаженым рубашкам. Мерзавец! Квартиру они ждут! – бушевала Мария.

– Бере- … Ма.. Машуня.. Маша, подожди! Кто тебе сказал?! Это всё враньё!

– Я сама всё видела и даже записала вашу встречу. Я всё знаю, Роман, не надо врать. И вот что я тебе скажу, бывший муж: я временно уехала из квартиры, чтобы не видеть тебя.

Мне брезгливо даже просто находиться рядом с тобой. Все твои вещи я собрала и выставила. Не бойся, ничего не оставила себе, – усмехнулась Маша. – В квартиру ты не попадёшь, я сменила замок. На неделе выпишу тебя. Сама я буду жить в доме. Где будешь жить ты, меня не касается. Я подаю на развод.

Если в начале её ответа Роман пытался спорить и вставлять слова, то сейчас на том конце связи разлилась тяжёлая тишина. Маша не отключалась. Знала, мужа сейчас прорвёт.

– А ты не много ли на себя берёшь, Мария? – холодно и как-то даже спокойно спросил Роман.

 – Не подумала, чем тебе аукнется твой шаг? И с чего это ты будешь жить в НАШЕМ ОБЩЕМ доме? – выделил он ключевое слово.

– Сколько могу – столько и беру. А, чем аукнется, мне уже неважно. Что бы в дальнейшем не случилось, это лучше, чем ложь, – с горечью ответила Мария. – Я тебя совсем не знала, Роман.

– Я тебя услышал. Надеюсь, ты понимаешь, что мастерская – моя, – гнул свою линию Роман.

– Этот бизнес создан в браке с помощью моих родителей, – механически парировала Мария.

– Тогда и половина дома – мои, – зло ощерился Роман.

– Тогда половина твоей четырёхкомнатной квартиры – мои, – отзеркалила Маша.

– Что?! Это моя и только моя квартира! Для моей дочери! На мои деньги построенная! – заорал Роман и отключился.

– Вот и поговорили, – оценила Маша, устало опускаясь на банкетку.

Всё время разговора она так и простояла на ногах, прислонясь плечом к двери.