Ведьма с Цветочной улицы

– Зато при жизни девки за тобой, наверное, пятки сорвали бегать, – фыркнула Антония.

– Что да, то да, – горделиво вскинул голову парнишка. – Миром меня зовут, я в замке конюхом служил. Девки и правда привечать стали, когда подрос. – не скромничая сознался парень. – шестнадцать мне стукнуло и пошло-поехало, – он лукаво улыбнулся. – А тебе сколько?

– А мне сейчас тоже шестнадцать, только парни меня сторонятся: ведьма. Так, издалека поглядывают да подначивают, но не лезут. Гордин начал за мной похаживать, раз даже поцеловались мы, а вчера он с Синтией ушёл.

Вот я и хотела призрака найти, да и попугать их хорошенько, – созналась в своих «чёрных» планах ведьмочка.

– Сделаем, – сочувственно похлопал её по плечу призрак, не обращая внимания на то, что его рука раз за разом просто проходит сквозь плечо ведьмы, а та ёжится от озноба. – Дурак твой Гордин. Ладно, пошли покажу, где убили меня.

– Знаешь кто? – спросила Ния.

– Лошадь копытом в висок, – равнодушно ответил Мир.

В молчании они выбрались из подвала наружу, по пути прихватив пару запылённых бутылок и, перебравшись через завалы камней, оказались в дальнем углу бывшей усадьбы, там, где когда-то была конюшня.

– А почему тебя не похоронили? – внезапно дошло до Нии. – Так же не бывает в мирное время.

– Не нашли, – вздохнул Мир. – Меня сеном засыпало в углу старой конюшни. Лошадь норовистая туда забежала, а я за ней. Да и не искали толком: подумали, что сбежал.

Ну, вот, пришли, – и призрак отплыл в сторону.

Ния осторожно, но без особого страха начала осмотр места. В первый момент показалось, что найти здесь ничего невозможно. Да и сколько лет прошло. А, кстати, сколько? И Ния поинтересовалась этим у призрака.

– Не знаю я, – опять вздохнул Мир. – Я жил при тессе Бриславе Благоевиче. Он тогда хозяином здесь был.

– Я такого и не помню, – откликнулась Ния, продолжая поиски.

Она поворошила поднятой с пола палкой слежавшуюся труху и так, орудуя этим инструментом, обошла сохранившуюся часть конюшни.

В самом дальнем углу палка наткнулась на скелетные кости. Какой бы шустрой ведьмой Антония не была, а взять в руки потемневшую от времени человеческую кость ей было страшновато. Но, оглянувшись на призрака, в нетерпении ожидающего её невдалеке, она вздохнула (сама же вызвалась!) и подняла с земли небольшую косточку от фаланги пальца.