Он не играет в домино

Алексей очнулся, махнул рукой, пошёл принимать работу, одновременно соображая, где у него лежат вещи, которые нужно собрать с собой. Похоже, придётся ехать к родителям, чтобы собраться по уму, столица есть столица, встречают по одёжке. А вот как проводят, будет зависеть от него самого. Тоска об утраченных иллюзиях больше не беспокоила. Мозг настроился на работу и активный анализ.

… Боинг приземлился, почти не махая крыльями. Алексей вышел из аэропорта и вызвал такси, решил, что нужно сразу ехать в отдел.

Таксист, молодой парень из мигрантов, всё время смотрел на навигатор, нервничал, видимо, плохо знал дорогу. Алексей принял звонок, когда уже ехали по городу. Молодой девичий голос, видимо, секретаря, интересовался, как он долетел и скоро ли будет.

До Басманной оставалось минут двадцать, но застряли в пробке. Немного взъерошенный, Алексей зашёл в отделение, к нему кинулась молоденькая девушка с наклеенными ресницами и проводила к начальнику. Начальник был мужчина предпенсионного возраста, немного грузный, с пожелтевшими от табака усами, когда-то бравыми и щегольскими.

– Приветствую, Алексей? А я Петр Алексеевич, – он встал из-за стола, – Машенька, нам чайку, с дороги, понимаю, но что делать, время не ждёт.

Когда Машенька притащила чайник и кружки на подносе, разговор продолжился.

– Вот, какое дело. Есть у нас такой товарищ… Ой, был. Максим Леонидович Лесков. Работал в лаборатории какой-то, государственной. – Петр Алексеевич показал пальцем куда-то вверх.

 – Итак, молодой человек… А ему было, – он заглянул в папку, – всего-то 33 года. Молодой человек внезапно скончался. Но, что интересно, в марте месяце он ездил к вам в город, по делам, и там у него случилось отравление. Тогда-то он выкарабкался, но вот неожиданно умирает.

– А причина смерти какая?

– В том-то и дело, что закупорка сосудов, потом почитаешь результаты вскрытия. У него сосуды, будто у старика, все забитые какой-то дрянью, я в этом мало что понимаю, типа атеросклероз.

– Странно. Ну, а почему Вы связывается поездку в Пермь и его смерть?

– Почему – да потому что его там, возможно, отравили, кстати, не нашли ваши следователи, кто это сделал, якобы передозировка гликозидами. А Лесков почему-то не настаивал на повторном открытии дела. Закрыли дело, вот так ребята у вас работают.

Петр Алексеевич сказал это с укоризной, словно закрытие нераскрытых дел бывает только в провинциальных городах.