Курортный роман с продолжением

Меня здесь все знают. Мамахен – главврач самого лучшего санатория в Сочи, а пахан – самый крутой адвокат в городе. Оправдает любого, по ком гильотина рыдает. Если что, могу поспособствовать.

– Спасибо, вряд ли пригодится. – Она взглянула на довольную физиономию своего спутника и почему-то поежилась. Они дошли до лечебного пляжа, и Катя не без облегчения приготовилась попрощаться – Вот я и на месте. Дальше вас не пустят, это наш санаторский пляж. А городской тут недалеко.

– Меня? Не пустят? Ошибаетесь, девушка.

Парень смело прошел мимо будки проверяющего, небрежно помахав ему в окошко, а Катя долго рылась в сумке, с трудом обнаружив пропуск. Она предъявила его в развернутом виде и только после этого пересекла границу, отделяющую организованных отдыхающих от «дикарей».

На пляже все было как обычно. Две свежевыкрашенные блондинки флиртовали с восточного вида мужчиной, кокетливо округляя глаза под его речи. Те же преферансисты, не обращая внимания на палящее солнце, расписывали пульку.

Женщина с косой вальяжно раскинулась на топчане. Рядом приятельница что-то нашептывала ей с видом заговорщицы.

Катя дошла до места, где загорала их компания, но никого не обнаружила. Пустые топчаны выглядели голо и одиноко. Она поставила сумку на один и уселась на другой, ища глазами знакомых и почти забыв о своем спутнике. Аркадий остановился за ее спиной и с любопытством озирал пляж. Невдалеке братья болтали с новенькими. Дамы чему-то ужасались, всплескивая руками.

Их удивленные возгласы долетали до Екатерины. Младший брат заметил ее появление и приветственно поднял руку. Катя помахала в ответ и отвернулась.

Аркадий испугал ее, шлепнувшись на топчан с сумкой и едва не спихнув ее на гальку. Катя с недовольным видом переставила ее к себе:

– Осторожней, пожалуйста. Там есть чему разбиться.

– Что же там такое бьющееся? Надеюсь, не ваше сердце?

– Там очки, зеркало, духи, – ответила она спокойным тоном, который начал даваться ей с некоторым трудом.

Парень вел себя не только бесцеремонно, но и нагловато. Ни к чему не обязывающее знакомство начало тяготить, а манера, в которой абориген навязывал свое общество, откровенно не нравилась.

– А не вдарить ли нам по мороженому? – раздался за спиной жизнерадостный голос неслышно подошедшего Жорика. – Нынче у нас клубничный пломбир! В народе прошел слушок – объедение!

– Спасибо, только что ела, – обрадовалась его появлению Катя.