Курортный роман с продолжением

Катя уловила последовательность и периодичность происходящего еще по пути к столовой, а стоя под пальмой, убедилась, что верно подметила эти повторяющиеся закономерности. Именно им отводилась главная роль в ее изменившемся плане.

«Пара минут, чтобы войти, минута – на принятие продукта, и еще чуть-чуть, чтобы выйти, преодолевая напор очередной всасываемой группы», – быстро подсчитывала она.

– Я совсем тебе там не понадоблюсь, – твердо сказала Екатерина, заметив неуверенность в синих глазах.

– Правда, ужасно голоден, – утвердительно кивнул Аркаша. – А меня не турнут? Я ведь чужак здесь.

– По-твоему, работники столовой всех санаторских знают в лицо? – Она нашла в себе силы доброжелательно рассмеяться. – Они вывозят на тележках стаканы с кефиром и подносы с хлебом, а сами идут за следующей партией. Иди и не волнуйся. Поторопись, а то не хватит.

Они оглянулись на не редеющие ряды отдыхающих, спешащих по аллеям с разных сторон парка.

– А как же ты?

– А я подожду тебя здесь, под пальмой.

Она поставила сумку на землю и доверчиво взглянула на него, захлопав ресницами. Впервые за весь день Аркаша отпустил ее руку. Он вдруг нагнулся, содрал сарафанную бретельку и впился зубами в ее плечо. Катя вскрикнула, но нежно заулыбалась, встретив его настороженный взгляд.

– Кисуль, я быстренько. Махну пару стаканов и айда! Хоккей?

Он притянул ее к себе и, как клещ, присосался к месту укуса. Катя вздрагивала от боли, а Аркаша глухо мычал. Наконец, он закончил с плечом и удовлетворенно потрогал пальцем багровое пятно. Лицо его выражало откровенное удовольствие, глаза горели безумием.

– Залюблю! Я сегодня в ударе, – радостно сообщил он, вернув бретельку на место. – Ну, я пошел?

– Конечно. И веди себя уверенно, будто сто лет здесь отдыхаешь, – невозмутимо напутствовала она Аркашу.

Он отошел на шаг и оглянулся. Катя безмятежно улыбалась, незаметно потирая онемевшие пальцы. Статичная композиция из пальмы, женской фигуры под ней и сумки, устало развалившейся до земли, изображала готовность к недолгому, приятному ожиданию. Она приветливо подняла руку и веселыми глазами указала на вход, где почти сформировалась очередная группа кефирных страдальцев.