За гранью выживания. Теперь все изменилось

– Что ж, теперь обратно.

Пара секунд молчания. Мне хотелось задать несколько вопросов.

– У вас тут неподалеку убежище?

– Ну, можно и так сказать.

– В смысле?

– Тут рядом есть дом. Но я живу не в нем, понятное дело. Еще до апокалипсиса я увеличивал свой погреб в размерах. Там оставалось чуть-чуть. Когда все это произошло, я просто быстро доделал все в погребе и стал там жить. Это мое убежище. Сейчас я планирую как-нибудь сделать оттуда запасной выход, ведь этот погреб, по сути своей, – ловушка.

– И сколько вы так живете? У вас что, даже еда есть?

– Как начался этот апокалипсис, так и живу. Еда… Еда, конечно, есть. Я ведь охочусь. Сам сделал лук и сейчас делаю стрелы. Но не думай, что мне это так легко далось.

Пара секунд – и мы уже на другом берегу. Дед профессионально перебирался через реку.

– Вы что, уже раз сто переплывали эту реку, что так профессионально гребете?

– Больше ста раз. – ответил он абсолютно серьезно.

Мы слезли с лодки. Дед вытащил привязанную из лодки веревку, натянул ее на плечи и потащил.

– Тебя как зовут-то?

– Саня.

– Ну что же, Саня. Ты никогда не угадаешь моего имени. Готов поспорить на то, что половина ужина будет моей.

– Нефиговый такой спор.

– Согласен, пацан. Ну что, будешь гадать?

– Иосиф?

– Нет, у тебя еще две попытки.

– Ну нифига, дедуля, это сложно! Что я буду есть? Я не ел с самого начала этого апокалипсиса.

– Все в твоих руках. Я не говорю тебе моментально думать и угадывать.

Вспомни са-а-амые редкие имена. Повторюсь – у тебя две попытки.

Мы молчали. Я, вместо того, чтобы обдумывать все имена, засмотрелся на деда. У него почти не было волос на голове, но была большая почти седая борода. На лице пролегли глубокие носогубные складки, на лбу скопились продолговатые морщины. На правом глазу едва виднелся шрам, рассекающий бровь и придающий деду еще больше брутальности.

– Че ты так смотришь? Раньше у меня была маленькая бородка, сейчас отращиваю… Ты хоть думаешь?

– Да-да, конечно…

Его голос был строгим и брутальным.

Вся его одежда состояла из шкур животных. На поясе, который был кожаным и достаточно большим, было много приблуд, а за спиной висел топор.

Настало время вспоминать редкие имена. Но тут вместо этого я вспомнил про друзей. «Я же вас бросил…» Говорить что-то про друзей этому деду я не стал, ибо посчитал, что лучше ему пока про них не рассказывать. «Кто тебя знает?..