Кинжал милосердия

У выхода он затормозил, глядя на вешалку с одеждой – на некоторых крючках висели сложенные зонты.

– Валя, у тебя зонт есть? Не подумал взять, а теперь вымокнем, пока до машины дойдём.

– У меня есть запасной! – опередил Валю с ответом Никанор Потапович.

– Запасной? – обернулся Феликс. – Зачем тебе два зонта?

– Вот на такой случай и припас. Вдруг кто взять не подумает. А зонт – раз! – и есть.

Прислонив швабру к стенке, старик пошаркал в кладовую и вынес оттуда большущий, старомодный чёрный зонт-трость с костяной ручкой.

– Вот, пожалте. – Он протянул зонт Феликсу. – Как раз вдвоём и поместитесь. Сейчас пакетик ещё дам – в него положите, чтобы салон в машине не замочить.

– Да тут не пакетик, тут целый мешок нужен, – сказал Сабуркин, смерив взглядом зонт.

– Так я два пакетика принесу. Один снизу натянете, другой сверху.

Никанор направился было на кухню, где в отдельном шкафчике у него хранились аккуратно сложенные целлофановые пакеты, какие-то тщательно вымытые пластмассовые коробочки, баночки, но Феликс остановил:

– Не надо.

Просто стряхну воду и положу на пол, сзади. Ничего страшного – высохнет и пол, и зонт. Спасибо, Никанор. Всем хорошего настроения, не забудьте выключить свет! Мы поехали.

Выйдя на крыльцо, Феликс раскрыл зонт, подождал, пока Валентин поместится под болоньевым куполом, и вместе они спустились вниз.

– Хоть бы дело какое-нибудь привезли, – сказала Алевтина, провожая пару под зонтом задумчивым взглядом. – И чтобы интересное, да с огоньком.

– Я уже и без огонька согласна, – вздохнула Арина.

 – Лишь бы чем-нибудь заняться.

Глава 4

Рабочая квартира Толи находилась на другом конце Москвы, и пока темно-зелёная «Ауди» пробиралась по бесконечными пробкам, Феликс расспрашивал Валентина о его друге.

– Мужиком он всегда был неплохим, – охотно отвечал Сабуркин. – Мы с ним крепко в армии сдружились, всегда друг за друга стояли. Потом нас немного жизнь разбросала, но все равно умудрялись связь поддерживать, знали, у кого как жизнь складывается.

Он меня на свадьбу свою звал, да я далеко был, в командировке, не смог приехать. Потом, позднее встретились, отметили хорошенько это дело. Жена мне его понравилась – симпатичная, милая, ласковая. С первым ребёнком у них что-то не получилось: то ли умер он маленьким совсем, то ли вообще не сумел родиться, – не помню, давно дело было. Да Толя не очень-то об этом и рассказывал. Как-то молча, тихо они это пережили, а потом родили Ленку. Славная девчонка.