Кинжал милосердия

Слегка заплетающимся языком Валентин рассказал, что ему звонил Мухин, звал стрелять, но он не может – с пятницы у армейского своего товарища на даче шашлыки жарит.

– Может, ты поедешь?

– Не поеду, – ответил Феликс. – Мухин мне уже звонил, я ему отказал. И какие ещё шашлыки? Ноябрь на дворе.

– У товарища моего печь-мангал дровяная прямо в доме оборудована, – пояснил Валя и тихонько икнул в трубку. – Такая красота, надо нам в офисе сделать…

– Помнишь, что завтра понедельник и ты должен явиться на работу свежим, трезвым, соображающим?

– О чем речь, обижаешь, начальник! – Сабуркин снова икнул и положил трубку.

Только Феликс взялся за орех, намереваясь его открыть и слить молоко в бокал, как позвонил Мухин и пожаловался, что у Сабуркина тоже не получается поехать.

– Может, все-таки ты сможешь?

– Почему бы тебе просто не выбросить эти приглашения и не отчитаться начальству – если спросит, разумеется, – что вы с лейтенантом Пестимеевым прекрасно провели время и всех победили?

– Можно, конечно.

– Сказал же, не могу. Езжай сам, зачем тебе кто-то ещё?

– Так вдвоём веселее. Всё ж компания.

– Позвони Герману.

– А если и он не сможет? – Голос участкового прозвучал почти расстроенно.

– Тогда у тебя ещё есть в запасе Алевтина, Арина и дед Никанор. – Избежать сарказма в голосе не удалось, но Дмитрий этого не заметил.

– Ладно, сейчас позвоню. Если что, спрошу у Геры их телефоны.

– Удачи.

Отложив аппарат, Феликс принялся разламывать, раскручивать кокосовые орехи, словно игрушки-матрёшки.

– Что бы тебе всё-таки не поехать с Мухиным? – произнёс ворон, наблюдая за резкими, точными движениями его рук. – Всё равно скучаешь.

– Не скучаю я, мне очень весело. А не поеду потому, что сидеть на стуле и смотреть в стену намного увлекательнее стрельбы краской без реальной возможности убить противника.

Нацедив из орехов полстакана молока, Феликс залпом выпил и невольно поморщился.

– Всё никак не привыкнешь? – заметил его гримасу крыс.

– Никак. Даже не подозревал, что настолько не выношу кокосы.

– Но всё же лучше, чем кровь, да? – каркнул Паблито.

Мужчина помедлил с ответом, затем лишь махнул рукой, сбросил ореховую скорлупу в мусорное ведро и вышел из кухни. Зайдя в гостиную, Феликс раздвинул портьеры и распахнул балконную дверь.