Мальтийский замок

Я в основном обитала на втором этаже, с несказанной любовью вылизывая свалившийся на меня с неба антиквариат. В одной из спален, в туалетном столике с большим тусклым зеркалом, я случайно наткнулась на совершенно неприметные ящички, в коих хранились какие-то бумаги, письма… Понятно, что рыться в чужих письмах некрасиво, но они были такими старыми, что наверняка никто бы возражать не стал. Бумаги я аккуратно сложила и убрала обратно, решив воспитывать в себе силу воли, и за чтение приняться только после приведения дома в порядок.

В последнее время Марк горбатился преимущественно на первом этаже. Он перезнакомился с соседями и теперь трое мужчин, включая папу того самого мальчика, были беспощадно порабощены нами. Все они оказались милейшими людьми и совершенно безвозмездно помогали Марку.

Моей мебели хватило только на то, чтобы кое-как, довольно убого обставить первый этаж. В огромной гостиной с камином разместилась мебель из моей гостиной и кое-что из спальни. В библиотеку сгрузили книги, холсты-краски, а кабинет завалили другими ценными вещами, включая вещи Марка.

Счастье мое не поддавалось никакому описанию! Я совала свой нос во все углы и закоулки дома, выискивая всякие разности, принадлежавшие бывшим хозяевам, и в библиотеке, за одним из книжных шкафов, случайно обнаружила небольшую пыльную картину в тускло поблескивающей рамке. Смахнув пыль, я разглядела изображение: молодая девушка в пышном голубом платье сидела на скамейке в саду. Светлые, распушенные волосы золотистыми локонами рассыпались по ее плечам, а на траве, у ног, лежал здоровенный черный дог.

Лицо у девушки было очень красивым: тонкие черты, огромные глаза весьма интересного цвета – лазурного, цвета морской волны… В общем, во мне проснулась вполне обоснованная зависть. Я может, тоже хочу вот так, в пышном платье, с такими вот волосами и глазами на скамейке восседать с одухотворенным видом и чтобы еще такая собачища у ног… Собачища… Я глубоко задумалась, глядя на картину, потом положила ее на книжную полку, и отправилась на поиски Марка. Он со своими новыми друзьями, голые по пояс, колдыбались с сантехникой в огромной старинной ванной, проклиная на чем свет стоит именно то, что она такая старинная вместе со своими трубами и коммуникациями.

– Марк, – возникла я в дверях, – Марк, мне в голову пришла мысль.

– Что? Опять? – воскликнул он, даже не поворачиваясь в мою сторону. – Дай миру хоть немного пожить спокойно без твоих чудовищных мыслей и идей.