Местечко под солнцем

Лёва Дондерфер – успешный, по-настоящему, безо всяких реверансов классный художник, – что я мог ему объяснить? Его пухленькая черноглазая Муза, заласканная, прикормленная, наверняка страстно обожающая Лёву со всеми его бесконечными сальностями и двусмысленностями, уверенная, благополучная Муза-мурлыка уж точно не променяет Дондерфера ни на какого другого холстомарателя.

– Игоряша, – он смачно, с хрустом, с вывертом оторвал рыбине голову и швырнул на телепрограмму, лежавшую на кухонном столе, – тебе надо куда-нибудь выбраться, а то совсем сдуреешь со своим климаксом.

– Да с чего ты… – начал закипать я.

– Шторки задернул, телефончик отрубил и вот ещё, – Лёва кивнул на четкие квадраты на обоях вместо зеркал. – Я по случаю домишко приобрел, километров пятьдесят всего от города. Места – сказка, воздух – песня. Тишина, красота, озерцо – идеально, чтобы денек-другой понянчить свою депрессушку. А потом рвануть в ближайший городок, прикупить шашлычат, винца, прихватить загорелую селянку да показать ей, какой у тебя, да-да, у тебя чудесный домик в горах.

Придумай себе легенду, другую жизнь, поверь в неё – и не заметишь, как очухаешься. Да вот еще, – из пакета Дондерфер добыл небольшой черный футляр, – приобрел, сам не знаю зачем. Возьмешь с собой, пригодится.

– Что это?

– Карманный компьютер. – Он извлек из чехла плоскую черную коробочку величиной со средний набор женской косметики. – Работает от аккумулятора и от обычных пальчиковых батареек, подсоединен к Интернету, так что будешь кропать шедеврики, валяясь на травке у озерца с селяночкой в обнимку.

Годится?

Он смотрел на меня и улыбался. Никогда раньше не видел, чтобы толстые люди так по-мефистофельски улыбались…

Дондерфер умудрился меня уговорить. Остался даже ночевать, что, впрочем, мне, размякшему от теплого пива, а потом от неизвестно откуда взявшейся холодной водки, было практически безразлично.

Проснулись далеко за полдень. Лёва долго вычерчивал маршрут по возникшей из неизвестного пространства карте, что-то втолковывал мне, похмельному и разбитому, заставлял собирать вещи, выталкивал из квартиры… Мне же было самоубийственно тошно.

– Смотри сюда, – Лёва развернул карту на капоте моей дряхлой «Нивы», – здесь сворачиваешь налево и – вверх, дорога паршивая, но где в горах найдешь хорошую? Всё время вверх, там увидишь указатель: «Участки художественного общества “Пастораль”». Мой участок шестой, у озерца. Ключ у охраны возьмешь, я предупрежу. Всё, давай, катись с ветерком.