Фата для церковной мышки

Обогнав Тину Олеговну, шествовавшую с цветочным горшком в руках, я залетела в новый офис и бабахнула клавиатуру на самый лучший стол – и у окна, и рядом с выходом. Бросив в мою сторону нехороший взгляд, Тина Олеговна поставила горшок на подоконник у стола в противоположном конце комнаты и собралась что-то сказать, но мне некогда было ее слушать, я помчалась за компьютером, чтобы уж как следует утвердиться на новом рабочем месте.

В офисе этажом выше вовсю шла кипучая деятельность по переселению, а Тая целиком и полностью погрузилась в содержимое стеллажа, где громоздились коробки со старыми номерами.

Ни крики Конякина, ни народная толчея – ничто не могло оторвать ее от поисков номера с певицей Аидой. Я не стала ей мешать, у меня своих дел был непочатый край. Отсоединив процессор от монитора, я поспешила на выход.

– За каждым остается закрепленным тот же самый цветок, что был здесь! – неслись в след конякинские распоряжения.

У нас каждый, даже наш разудалый художник был ответственен за какое-нибудь растение, или как называл это Влад – шефствовал над одним зеленым горшколицом.

Моим горшколицом был длинный кривой кактус неприличной формы, который я исправно поливала отстоянной водичкой, в надежде, что он когда-нибудь зацветет.

Я устанавливала процессор на столе, когда вошел Влад с двумя коробками.

– Сена, хочешь, скажу невероятное?

– Валяй.

– Конякин помогает Тае что-то искать в стеллажах.

Все в шоке и считают это началом большого и светлого чувства.

– Прекрати, пожалуйста, ерундить, может он хочет, чтобы она поскорее нашла что ей нужно и умелась из редакции. И вообще, пойдем, перекурим, а?

– Пойдем.

Он бухнул коробки на соседний стол, и мы отправились в курилку.

– Слушай, Сена, – Влад дал прикурить мне и закурил сам, – у Таисии что, действительно серьезный жених появился?

Я знала, что Тая ни за что мне не простит, если я скажу ему правду, поэтому честно призналась:

– Не хочу рассказывать, все-таки это Тайкина личная жизнь, хочешь, спроси у нее сам.

– У, видать серьезны дела, раз так, – покачал головой Влад. – Ты его хоть видела?

– Не искушай меня. Все, больше не спрашивай ничего. Лучше скажи, в закуток влезет стол с Тиной Олеговной?

– Не, Тина будет сидеть с нами, мы уже художника решили в каморку засунуть, Иловайский там как раз мастерскую себе оборудует.