Сердце Лета

Тщедушное тонконогое тельце, обтянутое эластичной чёрной тканью с воздушными кудрями сверху и увесистыми ботинками на толстой подошве снизу, производило весёлое впечатление. Преал немедля забился в самое дальнее кресло и отказался от всякого общения с командой.

В следующий момент ожил узел внешней связи и раздался приятный бесполый голос:

– Вы приближаетесь к границе пи-оэр-ти. Всему экипажу необходимо собраться в центре управления кораблем. Если у вас имеются грузы, не являющиеся личным имуществом пилотов, просьба предоставить к ним свободный доступ представителям пограничной службы.

– Начинается… – содрогнулся Преал.

– Спокойно, – Тротил сунул в рот трубочку, – расслабились и дышим. Кто знает, может, мы и в самом деле везем обычные фрукты, а всё остальное – плод нашей расстроенной от тягот и невзгод фантазии. Давайте сделаем приятные доброжелательные лица. Преал, возьми себя в руки, у тебя такой вид, будто ты прямо сейчас начнешь рыдать и каяться.

– Мне, – Преал судорожно сглотнул, – слишком уж непривычно пребывать в такой малоприятной ситуации…

– Привыкай, – усмехнулся Фарот, – то ли ещё будет.

– Что если вообще о грузе умолчать? – осенило Угу.

– Не стоит рисковать, – покачал головой Тротил. – Если захотят осмотреть корабль и наткнутся – неприятности гарантированы.

К «Летателю» устремился малый легкий корабль, и вскоре на борт поднялось пятеро представителей пограничной службы. Крепкие, коротко стриженые мужчины в одинаковой желтой одежде, с одинаково отработанной дежурной вежливостью и цепкими холодными глазами.

– Замороженные фрукты с Гармаша на Скиф, – ответил Тротил. – Частный небольшой груз.

– Фрукты? – переспросил командир отряда.

– Да.

– С Гармаша?

– Да.

– На Скиф?

– Да.

– Фрукты?

– Да.

Серые камешки глаз командира уперлись взглядом в широкую грудь Тротила, затем медленно, неторопливо взгляд поднялся к подбородку.

– Фрукты с Гармаша на Скиф?

– Да.

Перебивая друг друга, Фарот с Угой поведали командиру трогательную историю о родственнике Гортензия, его богатстве, старости и причудах. Командир слушал, но смотрел куда-то через плечо стоявшего перед ним Уги. Фарот украдкой проследил его взгляд. Смотрел командир на Преала. Съежившись, тот сидел в дальнем кресле и пытался беспечно улыбнуться, отчего на его сером от страха лице то и дело возникала противоестественная гримаса с диковатым оскалом.