Сердце Лета

– В конце концов, у нас есть чеки, – Фарот поежился, в кабине управления было прохладно, а они с Тротилом так и оставались в одних трусах, – есть топливо, кое-что еще осталось от животного с Рибиса…

– И у нас очень, очень много фруктов, – подхватил Уга, – будем есть, а камеры сбрасывать в космос.

– Ни к чему разбрасываться дорогими криогенными камерами, – возразил Фарот, – их можно продать. Хотя сейчас это не главное. У нас на борту скульптура или труп. Что будем с ним делать? Тоже сбросим в космос?

– Нет! – воскликнул Преал.

 – Я не позволю варварски поступить с чудом!

– А куда девать это чудо? Оставим себе в качестве сувенира или подарим пограничному контролю в знак глубокого уважения?

– Погодите, – поднял руку Тротил, – что делать с телом решим чуть позже, давайте определимся с направлением. Альдебаранцы наверняка уже прознали, что мы сошли с курса и на Скиф не летим. Надо двигаться куда-то поскорее.

– Куда? – вопрос задали хором.

– Сейчас посмотрим.

Тротил подошел к пульту управления, уселся в крайнее правое кресло и включил карту. Высветилось местонахождение «Летателя», крошечными огоньками вспыхнули находящиеся вблизи небесные тела. Цвет огней обозначал краткую характеристику, – не запрашивая данных, можно было понять, где обитаемая планета с кислородной атмосферой, где пылающая звезда, а где безжизненное скопище кратеров.

Пока Тротил выбирал маршрут, уточняя данные, Фарот влез в комбинезон и встал у бокового иллюминатора.

Думать ни о чем не хотелось, не хотелось ничего изобретать и предпринимать, хотелось облачиться в тяжеленную кольчугу и охотиться на тосиков. И чтобы все было просто и понятно. Он всматривался в непроницаемый мрак, усеянный далекими дрожащими огнями, и чувствовал, как постепенно выстраиваются мысли, успокаивается сердце, так всегда бывало, стоило Фароту вот так всмотреться в космос. Казалось, сознание будто утекает прочь, устремляется, словно тонкий ручеек в великий мировой океан. Фарот силился представить себе бесконечность звездного океана, хотя бы вообразить себе это, и никак не мог.

– О чем ты думаешь? – вздохнул у плеча тихий голос Преала.

– Хочу представить бесконечность.

– Это невозможно, – грустно улыбнулся Преал, – в нашем сознании всё конечно, всё имеет свой финал, потому что нам известно, что такое смерть, мы знаем, что рано или поздно она наступит.