Сердце Лета

Из этого эллипса посыпались люди в форменной одежде. В считанные минуты они окружили корабль наспех собранной сценой, занавесили «Летатель» яркими бумажными гирляндами и тряпичными плакатами с жирными надписями: «Приветствуем Мутибрата! Лучшего правителя планеты Гармаш! Наш правитель – Мутибрат!»

– …Га-р-ма-ш, – вслух прочитал Фарот. – Уга, мы на Гармаше. Где это?

– Далековато нас занесло, – печально вздохнул Уга. – Странное космическое явление перенесло нас за два созвездия от прежнего курса.

– Прошу, ваши наряды, – с мерзкой улыбкой произнес Гортензий, и пара бодрых молодцев вывалила прямо на трассу ворох пестрых тряпок.

Два из четырех костюмов оказались женскими. Фарот разобрал тряпки по комплектам и женские наряды – блестящие платья с корявыми тряпичными коронами швырнул Уге с Преалом.

– Я не надену на себя подобную мерзость! – негодующе вспыхнул Преал.

– Только представь, как нелепо будут смотреться в платьях Тротил с Фаротом, – принялся уговаривать его покладистый Уга.

 – Давай помогу, наденем балахон прямо поверх одежды…. Вот, хорошо… И ещё шапочку…

Красная ушастая корона, надвинутая глубоко на лоб, испортила Преалу остатки настроения, зато мощно развеселила Фарота.

– Еду-у-у-т! – разнесся над лесом усиленный динамиками голос.

Люди в форме бросились обратно в розовый эллипс и он тотчас взмыл, исчезая в светлеющей рассветной вышине.

– Работ-а-ать! – взревел Гортензий и скрылся в кустах у обочины.

Тротил расправил воротник тесной зеленой кофты странного кроя и осторожно ступил на подмостки сцены, пробуя их на прочность.

На горизонте показался кортеж черных многоколесных авто.

– Никогда ещё не чувствовал себя так глупо, – пробормотал Тротил, беря под руку Угу, наряженного в синий балахон и желтую корону. – Ладно, поехали.

И они запрыгали по сцене, выкрикивая: «Мутибрат! Мутибрат! Лучший наш правитель!» Фарот сломался пополам от хохота, затем прихватил красного от злости Преала и присоединился к песням и пляскам.

С тихим шелестом вереница автомобилей приблизилась, плавно обогнула сцену и пронеслась, не притормаживая.

Когда стих шум и улеглась пыль, друзья избавились от костюмов и спрыгнули на дорогу.

– Ну и где этот Человек с Фонарем? – огляделся Фарот.

Из лесной чащи неторопливо вылез Гортензий.

– У нас всё получилось? – на всякий случай уточнил Тротил, глядя на его недовольную физиономию.

– Да-а-а… – нехотя протянул Гортензий.