Шандола

– У мальчика волосы золотые?

– Чёрные!

– Собака рыже-коричнево-белая?

– Нет, тоже чёрная!

– Так что же вы нам тогда голову морочите? – как мог вежливо поинтересовался старший стражник.

– Но всё же сходится: мальчик и собака! – Уперев руки в бока, невысокая полная женщина со злым прищуром смотрела на стражников, будто они её чем-то обидели.

– Мальчиков и собак на свете пруд пруди, а нам нужен конкретный мальчик и конкретная собака, мы не можем собирать всех подряд.

– Да, но с ними был ещё какой-то очень подозрительный розовый тип! Их надо догнать, схватить и посадить под замок!

– Мы не можем хватать всех типов только потому, что они подозрительные или розовые.

Старший стражник начинал терять терпение. Кого бы он с удовольствием засадил под замок, так это уважаемую Агассу, которая умудрялась быть главной занозой во всём городе.

– А я говорю, это были они! Дервилль может прославиться поимкой опасных злодеев!

– Вынужден вас огорчить, уважаемая Агасса, но отряд не станет гоняться за всеми мальчиками и собаками только потому, что они показались вам подозрительными.

– Вы ещё припомните меня, припомните!

– Да уж, вас, к сожалению, трудно забыть! – в сердцах бросил стражник.

– Что вы хотите этим сказать? Нагрубить мне пытаетесь?! – Агасса сорвалась на визг, который стражникам было совершенно невыносимо слушать.

Они дружно развернулись и пошли прочь, не попрощавшись, а женщина ещё долго кричала им вслед и сыпала угрозами.

А «опасные преступники» тем временем подходили к границам города. Обременённые поклажей, двигались они медленно. Один мешок, перевязанный пополам, висел на спине Пилата, другой нёс Ирвин, придерживая ещё и объёмную жёлтую сумку на плече.

– Ему там не душно? – Пёс с беспокойством обнюхал сумку. – Что-то тихо сидит, может, и вовсе задохнулся?

Ирвин расстегнул застежку и заглянул внутрь:

– Фантус, как ты там?

– Как в сумке! – ворчливо ответил сроут.

– Тебе не душно?

– Душно, трясёт и я всё время бьюсь о твой бок!

– Ты заметил, что он постоянно жалуется? – возмутился Пилат. – Всякий раз устраивается лучше всех и при этом всё время недоволен!

– Кое у кого характер гораздо хуже! – донеслось из сумки. – Так что нечего критиковать!

Вскоре они вышли на окраину. Кругом цвели душистые сады, ярко зеленели луга, а в придорожной траве кто-то громко стрекотал.