Звезда тантрического секса

– Да вот думаю, может зря мы все это…

– Сама говорила, что уже поздно, что мы в этом деле уже по самые ноздри, так что нечего гундеть. Сколько, говоришь, заплатят за слежку?

– Две тысячи.

– Может, прямо сегодня и начнем? Если бы ты только видела, какие там орхидеи и листики! А вот тут вот маленький такой элегантный красненький бантик…

Завершив с утра все дела с Лавриком, позавтракали, намарафетились и поехали к Горбачеву.

– Главное вести себя естественно, – всю дорогу твердила Тая, – чтобы он ничего не заподозрил.

Она повторила это раз сто двадцать, я чуть не озверела.

Попали мы как раз в обеденный перерыв, детективы «Фараона» разбежались по кафешкам, в офисе сидел один Горбачев и пил растворимый кофе с домашними бутербродами.

– Здравствуйте, девочки, – заулыбался он, – кофе хотите?

Мы не отказались. Мы старались вести себя естественно. Пока нагревался электрический чайник, Михаил Сергеевич стал вводить нас в курс дела.

– Значит так, наш клиент владелец крупного банка «Чароит» Сидорчук Геннадий Викторович сорока девяти лет от роду, – он достал из ящика стола конверт с фотографиями. – Супруга Сидорчук Валерия Дмитриевна двадцати одного года, учится в ГИТИСе. Замужем за Геннадием Викторовичем два года.

– И что, уже рыльце в пуху? – Таисия прихлебывала кофе из пластмассовой кружки, оттопырив в сторону мизинец.

– Вот это вам и предстоит выяснить.

– Подозрения-то у него какие-то уже возникли? – сказала я, демонстрируя огромную заинтересованность этим тухлым делом. – Не пошел же он к вам просто так, от нечего делать?

– Да, – Тая наконец-то допила кофе и убрала свой позорный палец, – он что, проснулся с утречка, посмотрел на свою молодую супругу и подумал: «А не обратиться ли мне в детективное агентство, пусть разузнают, отчего у моей женушки такой счастливый вид во сне»?

–Нет у него никаких подозрений, просто он человек очень занятой, дома бывает редко, вот и хочет знать, чем жена занимается в его отсутствие.

– А сам спросить он у нее не может? – мне прямо таки с трудом удавалось удерживать на портрете заинтересованное выражение.