Игры в личную жизнь

И, предвидя ваше любопытство, отвечу, что по профессии я моторист рыболовецких судов.

– Ба-атюшки! – Настя горестно всплеснула руками. – Ты морячка, я моряк! Так, что ли?!

– Приблизительно. – Вика таскала с тарелки вареную колбасу. Кусок за куском исчезали в ее ярком пухлогубом рте, при этом она ухитрялась нам елейно улыбаться и дерзить. – А поскольку в вашем захолустье нет ни одного приличного водоема, то я, соответственно, сижу без работы.

– А как же тебя, деточка, так угораздило-то? – продолжала наседать Настя, поскольку от разворачивающегося на моих глазах действа у меня просто отнялся язык.

 – Мало того что профессию имеешь не пойми какую, так еще в такое захолустье попала!

– Обстоятельства… – Вика скосила взгляд в сторону моего сына, и я едва не задохнулась от боли и возмущения.

Значит, приехала она сюда из-за него? Но как? Где же их сподобило пересечься? Он летнюю практику и то в городе отрабатывает. Мы сотню лет никуда с ним не выезжали, и вообще он все время почти на моих глазах.

Уж такую лютую стерву я бы ни за что не проглядела.

– На вокзале, – подсказала мне проницательная ведьма, понимающе хмыкнув. – Мы столкнулись со Славкой на вокзале в вашем городе год назад. Я была там проездом. Он кого-то провожал. Случайно наступил мне на ногу… Он извинился, купил мне мороженого. Мой поезд сильно опаздывал, и…

– Второе мороженое вы съели уже в постели, – закончила я за нее. – Так, Вика? Потом целый год вы переписывались. А когда мой сын написал тебе, что кривая его удачи резко вывернула кверху, вы сюда примчались вместе со своим папочкой? Он что, такой же авантюрист, как и ты? Кто он, твой папаша? Моторист, дворник, столяр, плотник, временно оказавшийся без жилья, работы и средств к существованию?!

И тут произошло такое!.

. Короче, мне пришлось в полной мере узнать силу гнева моей будущей невестки. Минуты три она дожевывала очередной кусок колбасы. Потом аккуратно положила вилку на край тарелки. Причем правильно положила, как того требуют правила этикета. Значит, задатки хорошего воспитания все же имеются. Следом медленно подняла на меня фиолетовые глазищи и, невзирая на мягкие поглаживания Славкиной ладони по ее голому плечу, процедила:

– Если еще раз когда-нибудь вы позволите себе в подобном тоне говорить гадости о моем отце, я вас ударю!

Настя широко открыла рот и громко икнула, при этом неистово крестясь.

Я же, внутренне ликуя, с самым смиренным видом перевела взгляд на своего сына.