Исполнительница темных желаний

Он как-то раз посчитал, потратив на это без малого неделю: а что станется с его семьей, если его бизнес потерпит крах? Просто вот замкнет что-то в огромной, извилистой, как тело гигантской змеи, цепи, поискрит, поискрит недолго, да и потухнет. Что тогда с ними со всеми будет: с ним, с женой, с двумя пацанами его белобрысыми?

Посчитал, посчитал, и понял – почти ничего страшного с ними не случится. Лишится он фирмы своей – да. Банк, доставшийся от брата, тоже придется закрыть – если заискрит и в этой цепи тоже.

Квартиры даже могут лишиться на покрытие всяких там издержек. Но и только! Счета останутся нетронутыми, дача тоже, до отложенных на обучение денег никто не доберется.

Так что семья Хаустовых, состоящая из четырех человек, вполне может считать себя состоятельной.

Так какого же черта на булавки экономить? Сергей с грохотом распахнул дверь в кухню, где Тая что-то помешивала в сковородке. Вошел, сел на диван у громадного окна, и повторил свой вопрос, прозудевший ему все мозги, вслух.

– Не поняла, какие булавки? – Жена колыхнула полным телом и едва взглянула на него, продолжая что-то переворачивать деревянной лопаткой.

– Что с газоном у нас, видела? – еле сдерживаясь, чтобы не сорваться на крик, спросил Сергей.

– А что с ним?

– В одуванчиках весь! Ты в какую ландшафтную фирму обращалась, дорогая?! Только не смей мне врать, что в ту же, что и Малютины.

Он не дал ей возможности приврать, прекрасно зная, как она любит это дело.

– Малютины, Малютины… – проворчала Тая и вздохнула.

 – Дались тебе они. Ну не в ту фирму обратилась, а в другую. А знаешь, сколько бы с нас содрали тогда, а? А так я денег сэкономила и новую газонокосилку купила.

– Что ты ей косить собралась? – изо всех сил стиснул он зубы. – Одуванчики?! И кто, скажи, станет этим заниматься, если дворник уволен, кто? Кто станет пользоваться газонокосилкой, если дворника у нас нет?!

– Ты, дорогой, – ухмыльнулась Тая, со значением оглядев его заметно погрузневшую фигуру.

 – Тебе же на пользу. Подвигаешься, лишний вес сбросишь…

Он не выдержал и вскочил с места, хлопнул за собой дверью.

Ох, как с языка рвались обидные слова в ее адрес! Ох, как хотелось ей выплюнуть в лицо: если так рассуждать, то ей придется пройтись с газонокосилкой по всем дачным участкам, потом еще и земли соседнего коллективного хозяйства прихватить.

У него лишний вес, елки-палки? У него?! Он и перебрал-то сверх нормы четыре сто.