Изменница поневоле

– Так и называйте вещи своими именами! – нелюбезно и даже гневно дала отпор Мария Степанова.

Он уже знал, что это именно она Мария Ильинична Степанова, потому что ходил со списком, любезно предоставленным ему паспортисткой ЖЭКа. Та даже о разрешении и санкциях не спросила. Рада-радешенька, что не к ней, не по ее душу. Вложила ему в руки списки жильцов дома, о котором расспрашивала Настю Глебову, и с легким сердцем отпустила на все четыре стороны.

– Так мы можем поговорить? – Михаил нахмурился. Ему расхотелось улыбаться и шутить с сердитой жиличкой.

 – Или вы к нам по повестке придете?

– Щас, – буркнула она, прежде чем закрыть перед его носом дверь. – Ждите.

Открыла минут через пятнадцать. Миша ждать устал, не представляя, что можно так долго делать. Одеться – пару минут, полотенце с головы скинуть – еще полминуты. У него Карина за такое время успевала не только собраться, но и завтрак им двоим приготовить.

– Входите, – позволила, наконец, девушка, распахивая дверь.

Он вошел. Огляделся.

Прошел за ней следом в кухню. Везде красиво, нарядно, дорого. И девушка была такой же – красивой, нарядной, дорогой. Длинные ноги, узкая талия, развитая грудь.

Так Карина всегда говорила о женской груди больше третьего размера. Именно развитая, не большая.

Волосы, еще влажные после душа, слегка завивались на кончиках и у висков. И Мишке, стыдно признаться, отчаянно захотелось дотронуться до ее влажных волос. Интересно, они такие же мягкие и воздушные, какими кажутся? Устыдился и тут же нарочно отвлек себя, думая, что кажущееся простым платье бирюзового цвета, которое на ней надето, наверняка очень дорогое.

Оно облегало ее, как вторая кожа. Ни единой лишней складки или залома. Сидит безупречно. Длина ровно до колена. Узкие бежевого цвета туфли на тонких каблуках. Бежевый плащ на спинке обеденного стула. На столе сумка, тоже бежевая с коричневыми застежками.

Сколько она зарабатывает, что может позволить себе так одеваться? Все, в чем и с чем она собиралась выйти сейчас из дома, по самым скромным его подсчетам, тянуло тысяч на сто с лишним.

Откуда такие деньги?

И он совершенно непредвзято записал это ей в минус.

– Ты даешь, брат! – перебил его в этом месте Назаров. – По-твоему, раз женщина красивая и красиво одевается, она заведомо готова совершить преступление?

– Нет, конечно, но…

Он смутился, вспомнив, как обиделся тогда сразу за свою Карину, которая не может себе позволить приличный купальник к лету.