Кинжал в постели

И что вы думаете? Четверо беспрепятственно прошли эти несчастные тридцать метров, Суворов же попал во все ловушки.

– Я невезучий, Олег Иванович, – долго сокрушался он потом. – Я в любое дерьмо непременно наступлю. Даже если оно и на крыше дома окажется. Не бросайте меня, а? Я вам еще пригожусь!..

И годился, стервец такой. Еще как годился! Обладая каким-то странным нездоровым любопытством, Серега Суворов всегда был в курсе всех городских новостей. Он знал про всех все! Если не знал, то узнавал в кратчайшие сроки.

Информацию сливал Олегу. За это Олег помогал ему выпутываться из грязных историй, в которые тот попадать был мастак.

Видимо, сегодняшний день выдался как раз таким для Суворова, поскольку ответил тот почти мгновенно, и голос его был при этом несчастным.

– Да, Олег Иванович? – проблеял его подопечный.

– Что, опять?! – Воскобойников нервно дернул ногой.

Выручать Суворова из неприятных историй становилось с каждым разом все сложнее.

– Ничего особенного, – нервно хихикнул Серега.

 – Так, дура вчера одна в баре на меня пальцем показала охранникам.

– С какой стати?

Воскобойников вдруг снова взглянул на муху, крылья прижаты, крохотные лапки тоже. Уснула! Теперь до весны, если раньше ее уборщица не смахнет пыльной тряпкой. Но это вряд ли, между рамами ворчливая женщина редко убирала. Если такую же помощницу по хозяйству ему мать отыскала, то дело труба! Зарастет квартира мхом за месяц.

– Представляете, Олег Иванович, она вдруг решила, эта шалава, что я в ее сумке шарил! – заискивающим шепотком проговорил Серега.

– А ты шарил? – уточнил Олег.

– Да ладно! Я просто ее сумку пододвинул, она моему локтю мешала. А она решила, что я в ней шарил. И еще, падла, языком натрепала, что я у нее четыре сотни стянул! Тысячные бумажки, главное, целы, я типа не взял, да? А четыре сотни стянул! Овца!!!

В сумке Серега Суворов наверняка пошарил. И четыре сотни сто процентов стянул, а тысячи оставил, чтобы ненаглядно было. Он не наглел никогда, меру знал.

Взял на выпивку и попался. А девица не четыреста рублей пожалела, а просто на принцип пошла.

– Ты где сейчас, урод? – скрипнул зубами Воскобойников и даже зажмурился от злости.

Хотел попросить помощи, а нарвался на проблему. Теперь наверняка придется ехать в ка-кой-нибудь полицейский участок и вытаскивать идиота.

– Чё сразу урод-то, Олег Иванович?! – заныл Суворов. – Я не виноват! Эта шалава, она сама…

– Заткнись! – приказным тоном оборвал его Олег.