Лицензия на happy end

А потом осторожно так спрашивает:

– И что она вам рассказала, эта ваша тетя Маша?

Угроза в его голосе угадывалась, проницательной быть не надо. Поэтому она тут же заспешила, стремясь обезопасить разговорчивую женщину.

– Да то же, что и всему городу, наверное, известно! – Катерина делано рассмеялась. – Что вроде бы этот пьяница по весне нашел у себя на огороде клад, представляете!

– Ну! А дальше что?! – Угроза плеснулась в нее из его глаз.

– Я-то откуда знаю? – Старкова взгляд уткнула в стол, вроде бы пробуя салат, от которого у нее во рту тут же загорелось.

 – Вроде в милицию сдал. Чудак, правда?

– Почему? – Александр с каждой минутой становился все угрюмее и угрюмее. – Почему чудак?

– Кто же в наши времена с богатством расстанется? Таким благородством может теперь либо юродивый страдать, либо… – Катерина вздохнула, отчетливо осознав, что ее неумолимо несет не в ту степь. – Либо пьяница. Что, собственно, и имеет место быть.

Александр обдумывал ее слова минут десять.

Молчал, наедался шашлыком сразу с трех шампуров и упорно не смотрел в ее сторону. Потом отер сальный рот салфетками, зачерпнув их с подставки сразу дюжину, и спросил:

– А не говорил тот самый пьяница, что именно он нашел?

– То есть? – Она и правда не сразу поняла, что именно он желает знать.

– Что было в том кладе? Что за клад такой вообще? Кто-то находит старинные иконы, кто-то горшок с золотыми червонцами, а кто-то…

– Ой, не знаю! – перебила его Катерина.

 – Но, думаю, врет он. В милиции сей факт отрицают.

Это было очередной ее промашкой, потому что Александр тут же вцепился в нее.

– А это вам тоже тетя Маша рассказала? – спросил он с желчью.

– Ну да. Она, – кивнула Старкова, мысленно извинившись перед бедной женщиной. – Вот я и говорю, какой клад, если о нем никто, кроме него, не знает?!

– Да… – Александр снова погрузился в размышления, скатывая на столе груду сальных салфеток в один внушительный неряшливый комок.

 – Да, действительно… Это ведь вы правильно сказали… Никто, кроме него, не знает. Ни милиция, никто. Стало быть…

– Стало быть, что? – Она даже через стол попыталась перегнуться, не тарелки – точно вцепилась бы в его полосатую трикотажную рубашку.

– Стало быть, либо он врет, либо оставил клад себе, – ошарашил ее Александр неожиданным выводом, недобро, почти по-волчьи улыбнувшись ей прямо в глаза.