Миллион причин умереть

И это невзирая на то, что выглядела она, мягко говоря, непрезентабельно, а грубо выражаясь – как поганка. Но Сергей все равно оказывал ей знаки внимания. Даже сегодня, после всех обвинений, якобы подтвержденных документально, вызвался ее проводить. Вернее – не отказался…

– Я – не убийца! – тихо молвила она спустя какое-то время. – Я не убивала ни маленьких девочек, ни убогих старушек. Я сама – жертва.

– То есть? – с пробудившейся надеждой спросил Сергей, осторожно пристраиваясь рядом с ней и почти по-хозяйски укладывая руку ей на живот.

– Нет, неправильно. – Еще немного поколебавшись на предмет откровения с малознакомым мужчиной, Ольга обреченным тоном поинтересовалась: – Ты когда-нибудь слышал о программе защиты свидетелей?

– Нет, но в кино видел.

– Вот-вот… Вот и я – идиотка безголовая, поверила, что все будет так, как в кино. Выступлю на суде. Обличу виновного. Мне поменяют имя, место жительства, и все само собой утрясется.

– Но?

– Ты же видел, что получилось с этим именем. Видимо, у Танькиного папашки далеко растущие руки, раз такую информацию добыли. А ее так просто не получишь. Н-да… Не удивлюсь, что и эта квартирка, что мне родная милиция подобрала, окажется засвеченной.

– Господи! – Сергей облегченно выдохнул и с силой прижал девушку к себе. – Как же я… Идиот! Прости меня, Оль! Прости! Ладно?!

– Да за что мне тебя прощать?! Это не ты, а тот следователь с умным, добрым взглядом должен у меня прощения просить!

– Да, кстати, а кого же ты помогла им за решетку упрятать?

– Я-то? – Ольга озорно блеснула глазами.

– И все же?

– Если не самого знаменитого из всех нынешних отечественных киллеров, то и не самого последнего, поверь мне! Артема Ленского по кличке Артемон. Не слышал о таком?

– Нет, не слышал. Да и что мы здесь знаем-то в нашем забытом богом местечке? – Сергей окончательно расслабился, вновь одолевая Ольгу ласками.

– Вот и он мне то же самое сказал, перед тем как его вывели из зала суда, – подхватила она его последние слова. – Без объятий, разумеется. Я, говорит, и под землей тебя найду и придушу, сука.

– Оставим этот разговор, – он уже судорожно дышал ей в ухо. – Он на нарах. Тебе ничто не угрожает. Расслабься. Ты со мной. Я смогу тебя защитить…

Сказано было, конечно же, с пафосом, но не умно.