Ничего личного, кроме боли

Он полез в стол, достал извлеченный из папки файл с Машиными документами.

– Вот, товарищ майор, – с фальшиво-скорбным видом проговорил он. – Вот что я обнаружил.

– Что это? – Кошкин глянул исподлобья. – Доложить по форме, капитан!

Денис рассказал. Как снова побывал в ресторане, где не так давно умер предприниматель Ивлиев. Как говорил с директором. Как тот отдал ему под расписку, безо всяких прокурорских запросов документы о трудоустройстве подсобных рабочих.

– Просто пошел навстречу человек, – закончил Денис.

И он подробно, в некоторых местах даже сгущая краски, пересказал слова директора.

– У меня вопрос, товарищ майор. Что Бессонова делала там в марте? С какой целью туда устроилась? Для подготовки преступления, которое уже тогда задумала?

В кабинете повисла такая тишина, что стало слышно, как дышит каждый из троих. Денис дышал прерывисто, как перед стартом. Кошкин уловил. Усмехнулся.

– У меня к тебе тоже вопрос, капитан. – Начальник встал с места, заходил по кабинету вдоль пыльных окон со сдвинутыми в сторону жалюзи.

– Никак нет. – Вывернул нижнюю губу, замотал головой. – Никакой предвзятости, товарищ майор. Просто…

– Просто мозги надо включать, Дэн. – Саша Стешин для наглядности постучал кулаком по лбу. – Маша не идиотка. Если бы она это проделала в марте, то… Даже не знаю, что сказать.

– Очевидно, что ее документами кто-то воспользовался. Загримировался, чтобы узнать было невозможно.

– Нахожу, товарищ майор. Еще как нахожу! – Он скроил обиженную мину. – Тем более странно, что в марте Бессонова вполне могла провести две недели в нашем городе. Я звонил в ее отдел, узнавал: в марте она была на больничном. Грипп подкосил, ага. Провела ли она дома эти две недели, никто не знает: никто с работы ее не навещал.

Снова повисла тишина. Гнетущая, нехорошая. На этот раз ее нарушил Саша Стешин.

– У меня к тебе тоже вопрос, Дэн.

– Валяй.

– Зачем ей было устраиваться со своими документами и с размалеванной под «синяка» физиономией? Ты же опытный опер, Дэн, очнись.

– Я не сплю, – огрызнулся Рыжков. С раздражением схватил документы со стола майора, бросил их к себе в ящик. – Ответа нет.

– Вот! – обрадовался Кошкин. – А ответ, может, и тянется ниточкой к нашему отравлению. Ох, мудрено все как-то. Не терплю таких выдумщиков.