Позови ее по имени

Может, и обычно заперла, без торопливой суетливости, а ей это просто показалось. Ее ведь медом не корми, дай кого-нибудь заподозрить.

Она послушалась советов Зайцева. Отдала на экспертизу мамины ключи. А еще дезодорант, валявшийся в бардачке год уже, наверное, и упаковку влажных салфеток. Все это было в машине на момент взлома. И всего этого касались взломщики. Если догадались быть в перчатках, результата не будет. Если нет, то это будет прорывом.

Она надеялась и надеяться боялась. Потому нервничала и щелкала авторучкой, рассматривая располосованное голыми ветками небо.

Ближе к обеду из лаборатории позвонили.

– Тебя. – Володя прикрыл трубку внутреннего телефона ладонью. – Ты здесь или ушла?

Даша уже стояла у двери в куртке, собираясь пообедать. Она вопросительно вскинула брови.

– Кто?

– Эксперты.

Она в два прыжка очутилась у его стола, вырвала телефонную трубку у него из руки, крикнула:

– Да.

– Дарья Дмитриевна, это Соколов, – вежливо представился эксперт.

– Да, да, слушаю! Есть результаты?

– Кое-что есть, – отозвался он привычно тихим голосом.

 – Это…

– Что по отпечаткам? – нетерпеливо перебила она.

– Дарья Дмитриевна, вы позволите?

Она представила, как недовольно морщится интеллигентное лицо Соколова. И устыдилась.

– Извините, Даниил Федорович. Нервничаю. Это очень важно.

– Понимаю. Так вот… – Он прокашлялся, как перед выступлением на кафедре перед студентами, которой заведовал долгие годы, пока его не выгнали по ложному доносу. – По отпечаткам еще не работали.

Пока ничего нет. Но что касается связки ключей… Да, вы были совершенно правы, есть следы.

– Следы чего?!

Под ребрами мелко задрожало. Во рту стало сухо.

– Пластилина. Обычного пластилина, который часто используют для того, чтобы сделать слепок. Вы ведь давно этими ключами не пользовались, так?

– Давно.

Она попыталась вспомнить. Да, после того памятного взлома ее машины, наверное, ни разу. Вскоре после этого случилась беда. Когда Даша приехала с дачи, дверь маминой квартиры была распахнута настежь, и там уже работала полиция.

Потом больница. И все. Больше она в маминой квартире не была ни разу. Там теперь живет Гришка.

– Хорошо. – Соколов прокашлялся. – Так вот то, что вы не пользовались ключами, и позволило обнаружить следы засохшей пластилиновой массы в некоторых бороздках и на металлическом колечке, которым скреплены все три ключа.

– То есть… Слепок с ключей снимался? Это совершенно точно?

– Смею предположить.