Позови ее по имени

– Если бы дело было только в супружеских изменах, Егор Игоревич! – восклицал юрист. – Здесь вам и уход от налогов, и разного рода преступные схемы в обход существующего законодательства. Зачем же вы так с ней откровенно обо всем говорили, Егор Игоревич?

Взгляд юриста откровенно выражал его к нему отношение. Этот умный грамотный малый считал его ослом.

– Значит, будем договариваться, – нехотя проговорил он, выслушав все «за» и «против».

Они договаривались уже год! И все никак не могли прийти к компромиссу. Он откровенно затягивал, водя Аллочку за нос.

Ему уже удалось легализовать многие стороны своего бизнеса. Погасить часть налогов. Оставалось совсем недолго, и он сможет вышибить ее из дома в чем мать родила. Он ждал. Терпеливо ждал, затаившись.

Но тут Инга снова пропала. На неделю, чего не случалось прежде никогда. Появилась на два дня. Выглядела странно чистой, спокойной, без следов приема экстази. За завтраками и обедами вела себя прилично. Не хамила, не корчила рожи, не показывала им с Аллой средний палец.

Алла даже решилась на вопрос:

– Ты не влюбилась, детка? – спросила она вполне дружелюбно, дотянулась до локтя его дочери и тихонько сжала. – Выглядишь такой…

– Какой? – Она не убрала локоть, глянув на Аллу с прежней тихой улыбкой.

– Счастливой, – пояснила Алла и глянула на него. – Что скажешь, Егор?

– А что он может сказать? – негромко фыркнула Инга. И с неожиданной грустью добавила: – Разве он знает, что такое любовь?

Ох, как ему сделалось погано после ее слов.

И не сколько от слов самих, сколько от того, как она это сказала. Как глянула.

Взглядом маленькой, невозможно обиженной девочки – вот как. Его сердце просто застыло, потом перевернулось и с болью ударило. Он не нашел слов для ответа. Ни единого.

Инга ушла к себе. А он проворочался без сна до самого утра. И поклялся себе, что сделает все, чтобы наладить отношения с дочерью. Он просто спросит ее. Спросит, что ему надо сделать, чтобы все было как раньше. И если она потребует вернуть ее мать в этот дом, он вернет.

Наверное…

Он весь день, сидя в кресле генерального директора на своей фирме, готовился к вечернему разговору с Ингой. Он перебрал всевозможные варианты своих вопросов. Ее ответов. Стратегически отмел все то, что могло встать на пути их примирения. Запретил себе об этом говорить. А если она станет упрекать, слушать, не перебивая. Он подготовился. А Инга…

– Она опять ушла из дома, – оповестила его Алла, с хмурым лицом листая женский журнал.