Принцип Отелло

Всегда! Но не сегодня. Сегодня он всей правды не сказал, что особенно пугало Василису.

– Слушай, по-моему, он чего-то недоговаривает, – дошло наконец и до Глебова. – Как-то все неестественно… Ну, пускай тот, кто его прессанул, достаточно влиятелен. Доказать то, что Саня со своего компа в его счетах не ковырялся, проще простого.

– Это раньше, – с печалью возразила Василиса.

– Что ты хочешь сказать?

– Арчи, не тупи! – Она с раздражением шлепнула себя по коленке.

Глебов по натуре был немного медлительным, немного тугодумом.

Как он смог добиться того, чего добился, Василиса до сих пор поражалась. Хотя, с другой стороны, может излишняя импульсивность как раз и вредит успеху. У импульсивных людей нет времени на размышления, они руководствуются эмоциями. А у Глебова времени – пруд пруди. Он пока разжует все для себя, пока все обмозгует, пока примет наконец решение…

К слову: его поезд, который у многих уже ушел, никогда от него не уходил! Глебов все время на него успевал, всегда без путаницы попадал на нужную платформу и усаживался на нужное ему место без лишней суеты, неторопливо и основательно на нем застревал.

Фартило парню, что тут скажешь!

– А! Понял! – Лицо Глебова расцвело озарением. – Доказать можно было, пока его компьютер не побывал в руках милиции.

– Ну наконец-то! – обрадовалась Василиса – ну просто чудеса сообразительности демонстрировал общий друг.

– А теперь, когда он в чужих руках, доказать ничего невозможно, – не слушая ее, на непонятном душевном подъеме продолжил рассуждать Артур Глебов.

 – И не докажешь! Факт, что у того персонажа крыша – круче некуда. Протокола допроса не было. Значит, и протокола задержания тоже не было. Визит Сани в застенки нигде не отражен, факт его ареста нигде не зафиксирован. И даже факт кражи теперь не докажешь.

– Какой кражи?

Василиса смотрела на Глебова как на душевнобольного. Понять что-либо из его бессвязных рассуждений она была не в силах. Даже медитирующий после успешного дела Сигитов был ей более понятен, чем очень здраво и очень медленно рассуждающий Глебов.

– Ты о чем, Арчи? Я ничего не слышала ни о какой краже! Или ты имеешь в виду кражу тех долларов?

– Нет, конечно, при чем тут доллары? – отмахнулся от нее с раздражением Глебов, как давеча от подвыпившей девицы. – Я говорю о краже Санькиного компа.

– А… а его разве украли? Его вроде конфисковали и…

– Где… я спрашиваю, где это записано? – Глебов потюкал себя в лоб щепотью пальцев.