Программа защиты любовниц

– Снова голая?

– Совершенно! Ни единой ниточки, ни клочка бумаги на теле, только трава, в которой ее обнаружили.

– Сколько она там пролежала? – спросил Мельников.

– Трудно сказать. Эксперты трудятся, но убивали ее постепенно.

– Как во всех остальных случаях… – кивнул Валера своему отражению в витрине кафе, он собирался зайти перекусить. – Гребаный урод! Головы начнут скручивать скоро.

– А толку?! – возмутился Володин и выругался. – Другие головы лучше, что ли? Мы с тобой этого упыря уже второй год пасем, а результат?!

Толку не было никакого, убийца не оставлял ни единого следа.

Сколько они ни бились, сколько ни отслеживали маршруты жертв накануне исчезновения, ничего! Ни СМИ, ни обещанная награда за информацию, ничего не помогло. Полгода назад таскались за одним подозреваемым, на которого указали очевидцы. Будто бы видели, как одна из жертв садилась к нему в машину. Дяде попортили нервы основательно, оказалось, он ни при чем. Девушку тот дядя в самом деле подвозил, но высадил по пути к ее дому. Чему, оказалось, тоже очевидцы имелись. И все! С той поры ни единого следа, ни единой ниточки.

– Ладно, – вздохнул Володин протяжно. – Ты там давай через часок подъезжай в отдел, подумаем, посидим. Жениха этого пробить бы не мешало.

– Ну!

– И это, пожрать чего-нибудь захвати. Кишки сводит просто…

Мельников съел две порции огненной домашней лапши. Набрал с собой в пакет беляшей и пончиков с рисом и яйцом. И снова, как вышел из кафе, набрал кондукторшу.

– Да! – отозвалась та почти сразу.

– Добрый день. Из полиции вас беспокоят.

– На предмет?! – переполошилась сразу женщина. – Я ничего такого… За мной ничего…

– Я по поводу вашей вчерашней смены, а вернее, почти самого ее финала. – Валера быстро описал внешность Оли и свою, добавив, что парень был изрядно пьян, где и во сколько они сели в их автобус, и спросил: – Вы их не помните?

– Помню, конечно! – успокоилась сразу женщина. – Парень хоть и пьяный был, но нормальный.

– В смысле? – У него потеплело на душе. Хоть один позитивный отзыв в его адрес.

– Ну… Не бычился, не хулиган. Просто все время норовил перед девушкой на колени встать.

– Зачем? Прощения просил?

– Нет, замуж он ее звал, ну и прощения просил тоже.

– А девушка что же?

Он снова обругал себя на все лады. Не помнить Олю после того, как полгода только и мечтал о ней, только о ней и думал, это преступление!

– Девушка? – кондукторша задумалась.