Призрак другой женщины

– Какие вы! – фыркнул со злостью Юра, уперся ладошками в край стола, оттолкнулся и откатился в кресле до самого окна, занимающего большую часть стены. Выглянул на улицу, снова сморщился и закончил-таки свою мысль. – Оптимисты…

– Повода для пессимизма я не вижу, – настырно возразила Анна и сузила глаза, значит, начинала злиться. – Если тебе хочется поныть, выбери для этого другое время. Нам с Толиком некогда.

– Ах, вам с Толиком! – ядовито поддел он и воздел ладошки вверх. – Все, тогда все, не смею задерживать! Можете быть свободны!

Он снова уставился в окно, отвернув от них залившееся ярким румянцем пухлое лицо.

– Начинается… – Анна закатила глаза, резко встала, нарочно громко двинув стулом по полу, и бойко зацокала каблучками к двери. Там она притормозила и оглянулась на мужа. – Когда найдешь в себе силы справиться с желчью и ревностью, позвони. А вообще я на обед. Толик, ты как?

Толик вдавил голову в плечи, сделал ей страшные глаза, покосился на багровые уши друга.

– Нет, я чуть позже, Ань, нам с Юрой есть еще что обсудить.

– Ну, ну! Пошестери перед Юрой!

Жаль, дверью нельзя было хлопнуть – доводчик замечательный стоял, а то бы она шарахнула!

Друзья остались одни.

– Чего ты завелся, Юрец? – Толик осторожно выбрался из-за стола, нервировать Стахова не хотелось. Подошел к нему, дружески потрепал по плечу. – Ну! Что за причина?

Юрий вдруг плечо напряг, а потом и вовсе руку друга скинул, что было новым и непривычным.

– Ты дело, которое я тебе поручил, выполнил? – бесцветным голосом спросил Юра, все еще не поворачиваясь к Толику и продолжая таращиться в окно.

За окном, если честно, было на что взглянуть. Шикарный сквер с фонтаном, дорожками, аккуратно подстриженными деревьями и красивыми скамейками. Даже теперь, в самом начале марта, когда снег превратился в ледяную юшку, а голые ветки напоминали скрученный из черной проволоки шар, там было мило.

Но не настолько, чтобы глазеть туда не моргая.

– Так что с тем делом, которое я тебе поручил, Толя? – Юра сложил пальчики домиком, приблизил к лицу и запыхтел в них, как в дымоход.

– Ты про дом?

– Я про дом.

– А-а-а, так ты про дом! – Толик небрежно хмыкнул, попятился, опустился на край стола генерального. – А я думал, что ты про дом!

– Что с домом, Толя?! – резко повысил голос Стахов, крутнулся в кресле и устремил на него немигающий взгляд серо-голубых прозрачных глаз.