Простить нельзя помиловать

Он сначала все звонил и звонил. Стучал, звал Аллу по имени. А потом начал в замке отмычкой шуровать. Вор, что ли?

– Не вор я. Я с телевидения. Барков Илья Сергеевич, – представился парень, низко опустив голову, как будто смущаясь.

– О как! А вас на телевидении всех отмычками снабжают, отправляя на интервью? – прищурился Звягин и вытянул в его сторону руку. – Документы предъяви.

Документы нашлись в его сумке. В самом деле, парень оказался официально трудоустроенным на местном телевидении в отделе криминальной хроники.

И имя носил то самое, которым представился, – Барков Илья Сергеевич.

– Что же это вы, Илья Сергеевич, решив взять интервью, опустились до кражи со взломом? Это серьезное уголовное преступление и…

– Да как вы не поймете! – возмутился он, но, правда, тихо, без нервов. – Не собирался я ничего красть! Алла Ивановна назначила мне встречу сегодня. В таксопарке. В половине восьмого утра. Я ждал ее, ждал. Не дождался и поехал сюда.

– Адрес откуда узнал?

Звягин упорно не хотел ему выкать.

Не заслужил, попавшись с отмычкой в руках.

– Мне ее бывший сожитель сообщил.

– Бывший? – изумленно воскликнула соседка. – С каких это пор Тимур стал бывшим? Жил себе, жил четыре года с ней, и вдруг бывший?

– Он сказал, что расстались не так давно.

– Это когда? Утром? – насмешливо скривила она губы. – Он вечером к ней вчера входил. Алла опять что-то вкусное готовила. Запахи на весь подъезд. И Тимурка прямо с работы сюда.

– Вы сами видели? – уточнил Хромов.

– Как вас всех вижу.

Он всегда по лестнице поднимается и песни свои поет. На своем языке. А в подъезде гулко, все слышно. Вот скажите, если он за вещами к ней, допустим, приехал, стал бы петь?

– Вы видели, как он в квартиру входил? – спросил Звягин.

Ему снова вспомнилось отвратительное облако, повисшее с утра за окном рабочего кабинета. Оно точно на что-то такое намекало. На что-то нехорошее, что сейчас он каждым нервом ощущал.

А как еще? Поменялась сменами и на работу не пришла. Это раз. Назначила встречу с телевизионщиком, с которого хотела поиметь денег, и отменила интервью в одностороннем порядке.

Это два. На звонки не отвечает, на стук не открывает. Это и три, и четыре. Ну и пять, разумеется, это визит сожителя, с которым рассталась накануне.

– В квартиру как входил, не видела, врать не стану. Но дверь хлопнула.

– Когда? Сразу после песен? – вставил вдруг слово Барков с телевидения.

Она задумалась, потерла переносицу. И вдруг пожала плечами.