Соперница с обложки

Он и старался беречься, только не от работы, а от того, чтобы не запятнаться. Потому и летел везде первым. Потому вот и выходных у него могло грядущих не состояться. А так хотелось!

Так хотелось просто проваляться до обеда со Светкой в постели, никуда не спешить, не ломиться, не рваться. Просто лежать, не раскрывая штор и не впуская в комнату свет хмурого сентябрьского ненастья, и ни о чем, ни о чем не думать. Потом можно было бы со Светкой в парк сходить и побродить там по листве, осклизлой от дождей и туманов.

Забежать в первое попавшееся на пути кафе, прячась от дождя, прострочившего крупными очередями лужи. Засесть за столик у окна, заказать кофе с пирожными и…

– Дмитриев, ты еще дома?

Это Санчес звонил на домашний с глупым вопросом. В миру – Александр Иванович Давыдов. Ему Дмитриев пока доверял, хотя и ругался с ним неоднократно из-за небрежности молодого холостого шалопая.

– Нет, это автоответчик, господин Давыдов, – сострил Андрей, готовясь к нехорошим новостям.

 – Можете оставить свое идиотское сообщение после звукового сигнала. Пии-иип! Пошел говорить, Санчес, не тяни время, пленка кончается.

– Шутишь? – удивился Саша. – Это хорошо.

– Что там?

– На работу ехать не надо, Димыч. – Саша протяжно зевнул в трубку. – Ехать надо сразу до «Октавы». Там у них что-то стряслось, только что звонили в дежурку.

– А чего мне туда ехать, если «Октава» эта всего через дом от меня?

– Потому и звоню. Давай выходи.

– А ты где?

– У подъезда, голубей твоих дворовых гоняю. Жирные, сволочи…

– А звонишь с какого телефона?

– С мобильного.

– А чего не на мобильный тогда? – Во всем вот он был таким дотошным, будто время не поджимало.

– Так твой мобильный Светка на работу уволокла. – Давыдов снова зевнул. – Перепутала, говорит, как всегда. Смотри, Димыч, спалишься когда-нибудь.

– Чего мне палиться-то? – Прижав трубку щекой, Дмитриев полез на вешалку за курткой.

 – У меня от жены секретов нет.

– Честный ты у нас, наслышан! – беззлобно фыркнул Давыдов.

– Да иди ты! – разозлился Андрей не на Давыдова, нет, а на то, что левой рукой третий раз промахнулся мимо рукава. – Плохо быть честным?

– Хорошо, что ли! – с ленцой начал травить его Давыдов.

Он постоянно это проделывал от скуки и для того, чтобы сонливость с себя согнать, Андрей ведь рассвирепеет, станет орать, а то и грозить увольнением.