Соперница с обложки

– Да иди ты!

Он наконец полностью оделся и готов был уже выйти из квартиры, но для этого нужно было положить трубку, а Саша будто и не собирался заканчивать разговор.

– Слушай, ты деньги-то корпоративные не пали, милый. Твою распечатку проверят, и по шее получишь.

– Так ты проверять-то станешь.

– И что? Я не могу тебе по шее навалять?

– Ты можешь. Еще как можешь! Ладно, спускайся, жду, – вздохнул напоследок Саша и отключился.

Давыдов лифта не дождался. Не стал без конца теребить кнопку, пошел с шестого этажа пешком.

Разомнется, а заодно и подумает, с чего это Санчес с утра про те деньги банкирские вспомнил. Не просто же так разговор завел, ясно, что не просто. Что-то случилось.

Коллега перед его подъездом пинал облупившимся носом старых кожаных туфель небольшой камешек и на него совсем не смотрел. То ли расстроен чем был, то ли озабочен, а то ли просто не выспался с одной из своих подружек. Кудрявую черную шевелюру, из-за которой, собственно, он и получил свое прозвище, трепал ветер.

Опять не подстригся, стервец! Снова на построении они выговор на отдел получат. Что ты будешь с ним делать!

– Пошли, что ли? – ткнул Дмитриев коллегу локтем в бок.

– Пошли, – согласно кивнул тот, снова глядя мимо Андрея. – Куда сворачивать?

– Никуда, все время прямо. Что там у них?

– Хозяйка и начальница в одном лице будто бы пропала.

– Куда пропала?

– Знали бы, нас не звали, – огрызнулся Санчес. – В кабинете кровь. Дома ее нет. Все на своих местах.

– И дочери нет?

– И дочери нет.

– Занятно… – Дмитриев помолчал, потом снова ткнул коллегу локтем: – Чего про бабки те вспомнил, Саш?

– Да так, – тот неуверенно пожал плечами.

– Ну! Чего темнишь?

– Я, что ли?! – возмутился Давыдов. – Эти двое темнят-то, я, что ли! Совсем распоясались, сволочи!

– Ты про Михалева и Минина?

– А про кого же! – Желваки под плохо выбритыми щеками Александра Ивановича заходили. – Представляешь, вчера вечером выхожу со службы, мне наперерез девчонка одна.

Так, свистушка лет пятнадцати. Я растерялся, а она: мне поговорить, мол, с вами надо. По очень важному вопросу.

– Поговорил? – Дмитриев прищурился и оглядел коллегу с пониманием. – Потому и не выспался?

– Да иди ты! Что я, совсем, да, чтобы с ребенком вязаться?! Просто… Она соседка той тетки, которую ограбили и убили неделю назад. Помнишь, мы с тобой на вызове были, а Михалев и Минин выезжали?

– Ну, помню.