Соперница с обложки

Нет пропавшего человека, нет и состава преступления.

– Я?

Девушка закусила губу и часто-часто заморгала, будто пыталась вспомнить. Но что-то подсказывало Дмитриеву, что она напряженно размышляет, о какой последней встрече с Волиной она может рассказать.

– Так на работе, – с облегчением выдала секретарша и глянула на Андрея с выжидательной настороженностью: поверит или нет. – Она вызвала меня, дала указания и…

– Какие указания? – тут же ввернул он, потому что при слове «указания» у секретарши заметно дернулась шея, будто на нее кто-то невидимую петлю накинул.

 – Что за указания вам дала под конец рабочего дня Волина?

– Ну… по работе там.

– Что по работе?

Она врала. Он видел, что она врет. И не мог понять причину. Что такого могла науказывать ей Марианна Степановна, что она боится рассказывать? Не голышом же прийти на работу на следующее утро, в самом деле!

– Ну…

– Послушайте, Ксения, кажется, я не ошибаюсь? Отлично.

 – Андрей проникновенно улыбнулся в испуганную лживую физиономию секретарши. – Давайте договоримся… Вы откровенно и быстро отвечаете на мои вопросы, а я вас потом отпускаю на все четыре стороны. Видели, какая очередь в коридоре собралась из желающих со мной пообщаться? Отлично! Приступим?

– Она велела мне подстричься, – с благоговейным ужасом выдохнула девушка.

– И что? Что здесь такого?

– Ах, вы не понимаете! – с внезапной горячностью воскликнула Ксения.

 – Когда она говорит!.. Когда так вот говорит, то… Кровь просто стынет в жилах. И жить не хочется. И попробуй не подчиниться! Она такая была…

– Какая? – внезапно заинтересовался Дмитриев.

– Ужасная! Она была ужасная! – прошептала через силу секретарша и закрыла лицо руками. – Ее все боялись, все! Даже дочь ее… Хоть и хорохорилась, но боялась так же, как и все! Марианна Степановна – она была очень жесткой.

– А почему была, Ксения? Вы вот все время – была, была, а что, разве труп ее уже нашли?

Дмитриеву было интересно наблюдать за этой перепуганной насмерть девицей. Он очень живенько представлял себе ее, приехавшую из далекого села с дешевенькой сумкой, полной акриловых водолазок и закатавшихся свитеров из овечьей шерсти. Представлял, как мечется она по городу в поисках работы. Как всюду ей дают от ворот поворот.