Старая тайна, новый негодяй

Он будет содержать наш дом в идеальном состоянии, подбирая по комнатам разбросанные мною вещи. И наши дети будут любить его… Только вот я любить его не буду никогда. Может быть, привыкну, начну уважать за что-то, но любить…

– Дашенька! – Его руки осмелели настолько, что распахнули полы моего халата, в который я от него же и куталась, и принялись нежно поглаживать мои коленки. – Я всю жизнь буду вас на руках носить! Уважать, любить и лелеять! Тот ковбой, с которым вы уехали из гостей…

– Откуда вы знаете? – перебила я его, поразившись такой его осведомленности.

– Мне ваша подруга рассказала, когда я попросил ее снабдить меня вашими координатами. Я ни о чем ее не спрашивал! – он вскинулся, подняв на меня испуганный взгляд. – Она сама меня попросила.

– О чем?

– Ну… Чтобы я был немного посмелее и понастойчивее, – принялся мямлить Александр, поняв, что от ответа ему уйти не так-то просто. – Если хочу, чтобы вы изменили ко мне свое отношение.

– Ну, допустим, смелости вам, Саша, не занимать, – ядовито заметила я, вспоминая сцену под яблоней.

 – А насчет настойчивости вот что я вам скажу… Она ведь хороша лишь тогда, когда не досаждает. Вы согласны?

– Да, наверное. – Холеные пальцы Саши скользнули куда-то к щиколоткам и принялись массировать мои ступни с почти профессиональной ловкостью. – Только, Дашенька, вы не можете не признать, что мы сами порой не знаем, чего хотим от жизни. Очень нетерпимо относимся к нормальным вещам и, наоборот, терпим то, что терпеть противоестественно.

Так вот, тот мужчина, который привез вас домой, недостоин не только вас, он недостоин быть даже вашей тенью. Вы такая… Чистая! Непосредственная! Вы просто находка для порядочного человека.

– К коим вы причисляете себя, надо полагать. – Я не любила, когда начинали проповедовать, таким образом влезая в мою жизнь.

– Ну… это вам решать, Дашенька. Просто со мной вам будет тепло и спокойно. А с ним… – если, конечно, он еще объявится – вы никогда не будете знать покоя.

Жить на пороховой бочке, может быть, и интересно, но небезопасно, согласитесь. Вы нуждаетесь в защите, дорогая. Вы так одиноки, уязвимы, поэтому вам просто необходимо…

– Выйти за вас замуж?! Знаете что, Саша!..

Я просто полыхала гневом. И уже не потому, что он читал мне проповеди, а, скорее, оттого, что оказался чертовски прав во всем.

Кто такой Аракелян? Никто! Так его мне и Волков представил, сказав, что он никто.