Теория вероятного чуда

А вот в квартире напротив Архиповской неожиданно обнаружился строгий мужчина пожилого возраста. Он тут же затребовал с нее документы, подтверждающие ее миссию. Их не оказалось, потребовал паспорт.

– Вы же не могли не слышать об ограблении в пункте выдачи по соседству, – укорила она его, не выпускающего ее паспорт из рук несколько томительных минут. – Обхожу клиентов, чтобы они подписали акт об утрате заказа.

– Многих обошли? – прищурился мужчина подозрительно.

– Этот последний. Если честно, то все пришли сами.

Заинтересованы… А вот Виктор не пришел.

– Потому что нет его, – наконец-то он сунул ей обратно паспорт.

– Нет в городе?

– На земле нет. Помер он, – брякнул мужчина, пытаясь закрыть дверь перед ее носом.

– Простите! – повысила она голос, удерживая дверь. – Как помер? Когда? От чего?! Он выглядел здоровым!

Она все еще не верила этому противному подозрительному дядьке. Если бы поверила, расплакалась бы точно. Потому что Архипов Виктор выглядел как мужчина ее мечты. Он не мог взять и умереть, когда у нее на него были далеко идущие тайные планы.

Она же сюда шла после такой тщательной подготовки, какую перед корпоративом никогда не проводила. Потому что из мужчин там всегда был один Луговой. А он уже был ее любовником. Чего напрягаться?

– Вам надо поговорить с нашим участковым. Он сейчас как раз в своем кабинете. А тот находится в нашем доме, только не со стороны подъездов, а с обратной. Обогнете дом, увидите вывеску опорного пункта. Участковый сейчас точно там.

Они-с в это время чай пьют-с, – ехидно заметил мужчина и все же захлопнул дверь.

Конечно, она могла уйти. По телефону доложить Луговому о том, что узнала. И отправиться домой, чтобы заняться делами. Но…

Но она не могла уйти, не узнав подробностей! Как? Почему? Что могло случиться с таким молодым, с виду здоровым парнем?

Таня вышла на улицу и минуту стояла, пытаясь прийти в чувство. Странная жалость давила из нее слезы. Она даже на звонок Лугового не ответила. Точно разрыдалась бы, начав рассказывать.

Она достала из сумочки пудреницу, открыла. На нее глянули расстроенные, блестящие слезой карие глаза. Она осторожно похлопала себя по щекам, пытаясь согнать бледность. Провела помадой по подрагивающим губам. Убрала все в сумочку и пошла за угол дома, где в это время в своем кабинете участковый должен был пить чай.

Вообще-то Таня ожидала увидеть пожилого прокуренного дядьку с усталым взглядом, в форме, усыпанной крошками табака.