Вкус запретного плода

Не помню время. Да на записях с камер можно глянуть.

– Глянем, – пообещал Кирилл с кривой ухмылкой. – Вернулась тоже не помните когда?

– Нет. Может, часов пять назад. Может, чуть больше. – Охранник развел руками. – Надо на записи глянуть.

– Глянем. – Кирилл повернулся, чтобы уйти, но снова остановился. – А кто нашел тело?

– Что? – парень сильно вздрогнул.

– Таня вам позвонила и сказала, что Лизу в душевой нашли. Так?

– Так.

– Кто нашел? Она не сказала?

– Нет. Кажется, нет. Не помню я! – возмутился вдруг охранник.

 – У меня и так голова кругом. Она орала в трубку. Может, и говорила. Не помню!

Врет, подумал Кирилл. Зачем? Что за причина? Хочет уберечь себя от дальнейших расспросов? Или что-то еще? Непонятно. Машины он, понимаешь, пропускал после одиннадцати. Может, и людей пускал без регистрации? Ладно, на записях с камер все будет видно.

Пока он дошел до общежития, прошло минут десять. Приходилось останавливаться возле стихийно возникающих групп, где активно делились страшной новостью.

И Кирилл слушал, слушал, слушал.

– Где тебя носит? – заскрипел зубами бледный до синевы Хорцев.

Когда Кирилл поднялся на этаж, где произошло убийство, он как раз общался с врачом «Скорой», ожидая приезда группы. Егорова вела опрос каких-то женщин. Кириллу был виден ее профиль в одной из открытых дверей.

– Говорю, народ, – развел руками Кирилл и обратился к врачу: – Ее зарезали?

– Ее изрезали, молодой человек, – кивнул доктор – мужчина средних лет с гладко выбритым лицом. – Вскрытие покажет, какое из ножевых ранений оказалось смертельным.

Но даже навскидку скажу вам, что ран не менее двадцати. Я специально не считал.

– А лицо?

– Вы хотите спросить, сняли кожу с живой или мертвой?

– Да.

Хорцев за спиной Кирилла странно хрюкнул, и через мгновение Кирилл отчетливо услышал его удаляющиеся по длинному коридору шаги.

– Не могу сказать, молодой человек, – доктор тронул свою высокую шапочку, поправляя краешки на ушах. – После вскрытия все выводы.

– Я могу на нее взглянуть?

– Да.

Мы ничего не трогали. Просто констатировали смерть, не более. Сейчас ваши подъедут и…

Через два часа у начальника отдела полиции было созвано экстренное совещание.

– Идемте все вместе, – сказал Хорцев, закинул под язык две какие-то таблетки и едва слышно проворчал: – Зачем, не пойму. Будто я не смогу доложить.

– Я не просто так вызвал вас всех вместе, – начал полковник совещание, оглядев их всех по очереди. – Хочу выслушать каждого.