Свидетельницы зла

 – Кто же, если не мы, отомстит за Киру? Это предательство!

– Нет, дорогая. Это осторожность.

Оля заходила по гостиной, сцепив руки за спиной. Это напомнило Люсеньке их детскую смешную игру в графа Монте-Кристо, и она чуть не хихикнула. Тут же сделалась серьезной и спросила:

– И как мы будем проявлять эту самую осторожность? Как, по-твоему?

– Никаких публичных мест – раз. – Оля расцепила руки и загнула на правой руке указательный палец. – Никаких клубов, магазинов, работающих ночью, никаких ресторанов.

Все под запретом! Максимально держаться этих вот стен. Никому не открывать, никого не впускать.

– О, господи! А как же жить-то, Оленька?! – выпалила Люсенька с неподдельным ужасом. – Ладно я, а ты ведь работаешь. Как же ты?

– Уже не работаю. – опечалилась Оля. – Взяла бессрочный отпуск за свой счет.

– Ой! А жить на что станешь?

– Отец поможет. Обещал, – соврала Оля. Рассказывать о щедрой ежемесячной помощи отца она не желала. – Я все рассказала ему. Он тоже разволновался.

И счел мои меры предосторожности верными.

– Ой, какой Всеволод Игнатьевич молодец, – мягко улыбнулась Люсенька, поглаживая себя по коленочкам, обтянутым домашними трикотажными штанишками. – Заботится о тебе. Переживает.

– Ой! – поморщилась Оля и замахала руками. – Не обольщайся, дорогая. О репутации своей он заботится, а не обо мне. Он пришел в ужас, узнав, как погибла наша подруга. И знаешь, что сказал?

– Что? – замерла Люсенька с открытым ртом.

– Что такой подлости, случись это со мной, ни он, ни его бизнес точно не переживут.

Хватило за все прошлые годы всякого. Только, мол, успевал очищаться. Но вот такого…

– Может быть, ты как-то не так его поняла? – Люсенька смутилась и опустила голову.

– Правильно я его поняла, Люси. Очень правильно. Мой папаша тут же бросился звонить каким-то своим высокопоставленным знакомым. Начал узнавать, кто еще погиб в том пожаре. Нет ли среди погибших еще каких-то моих друзей.

– И что?

– Нет там моих друзей. И быть не могло.

Кира, думаю, попала случайно.

– А как? Как случайно?

Люсенька тут же резко подобрала на диван ноги, будто страшная правда, растекшись грязной лужей по ее полу, могла их запачкать.

– Еще не знаю, Люси. Может, раньше времени вернулась от родителей и поймала попутку по пути из аэропорта. Тогда где ее вещи? Где ее чемодан, любимая дорожная сумка? Нету! Может, в магазин поехала, и снова на попутке. Или снова спуталась с кем-то, о ком мы не знали.