Рудничный бог

 – Кишка тонка?

– Бунтовать? – взвился охранник, но к толпе не полез, отступил. – Гляди у меня! Доложу Сысою Псоичу – он вас тут и оставит Рудничному на поживу!

– Подавится твой Рудничный, – буркнул седой горняк, но за кайло взялся. – Айда робить, братцы… А ты, благородие, пока присмотрись, поучись… Да в сторонке стой, не то зашибем ненароком… Да и ты тоже, – это относилось к Владимиру Шаховскому, – пока наперед не лезь. Успеете ишшо.

– А как же норма? Пять тачек…

В ответ раздался хриплый смех.

– Да какие вы пока работники! Слезы, – отхохотавшись, ответили мужики. – Пока втянетесь, мы вам подмогнём.

Остальные артельные закивали головами, один за другим принимаясь на работу.

Алексей держался в стороне, присматриваясь к их уверенным, ловким движениям. Помаленьку начал пробовать сам. Артельные косились на него, иногда то один, то другой бросали советы – как бить, куда, сколько, как встать, чтоб куском руды не ударило по ноге.

Владимиру эти советы пока не помогали – было видно, что для юноши работа в руднике настолько не подходит, что он наверняка долго не протянет. И дело было не только в силе рук и спины, не только в сломанных ребрах, а в чем-то еще. Наверное, в той самой силе духа, о которой Алексей до сегодняшнего момента если и думал, то как-то отвлеченно. Но вот же люди. Кто они? На вид – страшнее рож в кошмарном сне не увидишь, а относятся лучше, чем те же казаки и солдаты. Простые люди… Кто они? Судя по клеймам, которые нет-нет, да и мелькнут на чем-нибудь лбу, все каторжные, осужденные за тяжкие вины. Выходит, одного поля ягоды?

– Ты, благородие, особенно жилы-то не рви, – между делом советовал седой. – Особенно спервоначалу. Думаешь, пуды свои наработаешь – и отдыхай? Нет, брат. Работай дальше. Нашему колдуну сколько руды ни дай – все мало!

– Колдуну? – Алексей видел в деле ведьмака и подумал про него.

– А ты не слыхал? Хозяин наш колдун ведь!

– Быть того не может.

– А побудь тут с мое, и не в такое поверишь. Ты вот Огневушку-то видел? Ну, яшкой ее еще зовут? – Алексей кивнул. – Вот то-то. А такого добра тут видимо-невидимо.

– Что, и черти есть? – попытался вклиниться в разговор Владимир.

– Чего не видали, того не видали, – осадил его седой. – Тут и без них света белого не видишь.