Врачебная тайна

Пальчик, мол, порезал и в больничку скорее. Стыд и срам, и все такое. Он, мол, сам может мне перевязать салфеткой любой. И все время сволочь эта пьяная повторяла: стыд и срам, стыд и срам… Я слушал, слушал, да и ушел. А к следующей ночи у меня температура поднялась. Не сильно, правда, но все же я перепугался. И палец начал стрелять. Я снова к этому уроду пошел. Показываю. Тот скальпелем саданул по ране, я чуть не сдох, Свет! – Гарик снова перешел на плаксивый тон. – Потом что-то чем-то ковырял, я, честно, орал так, что стены дрожали… Потом сестра перебинтовала и снова отправили меня домой.

Гарик вдруг замолчал, зажмурился. Откинулся на спинку кресла и замер. Посидел так немного, уткнувшись подбородком в воротник толстовки, потом судорожно вздохнул и произнес удушенным голосом:

– А на следующую ночь я и правда чуть не сдох, Светка. Температура подскочила к сорока. Повязка вся в крови. И уже два пальца стреляют. Я в другую больницу. А там… Там мне сказали, что началось заражение. И чтобы не лишиться всей руки, а то и жизни самой, пальцы надо ампутировать.

Вот так-то!

– Стыд и срам… – тихо проговорила Светлана, глядя перед собой в одну точку.

Все это она уже слышала. И про стыд, и про срам. Правда, от более-менее трезвого Ивана Сергеевича, но слышала. И глаза его равнодушные видела. И физиономию брезгливо скорчившуюся, когда Зойка упала перед ним на коленки.

– Помогите!!! Прошу вас, помогите!!! – рыдала и билась ее сестра перед этим человеком. – Вы же можете!!! Одно ваше слово!!!

Он мог! Он мог дать заключение, что синяки на теле ее приемного сынишки Саньки получены в результате падения с горки, а не…

Господи! Сколько же они тогда выслушали!!! Иван Сергеевич надрывался и плевался праведным гневом, помогали ему в этом его друг – травматолог Стуколов Геральд Федорович – и жена Ивана Сергеевича – Алла Ивановна, заведующая терапевтическим отделением.

Все набросились на сестер, когда они, подхватив упавшего с горки Саньку, привезли его в больницу. Почему именно эта троица занималась конкретно их случаем, Светлане непонятно до сих пор. Но занялись они знатно.

Во-первых, они сразу госпитализировали Саньку, чего было делать совсем и необязательно. Мальчишка набил себе пару шишек на голове и расшиб до крови коленку.

Во-вторых, они тут же известили органы опеки и милицию. И к Саньке в палату Зойку больше не пустили. Только в присутствии сотрудника опеки ей было разрешено с ним видеться.