Узы Света. Книга 1. Принц демонов и Серафим

Я усмехнулся:

– Знаешь, если ты будешь все время жрать, то превратишься в сарба. – Демон сарб имел шарообразную форму, утыканную иголками.

– Как я буду на тебе ездить, а?

Зарг на мое замечание не отреагировал. Вскочив в седло, я тронул поводья, и мы помчались ко Дворам Хаоса, раскинувшимся у подножья Черной Пирамиды. Дворы окружал сад, в котором росли каменные деревья с полупрозрачными дымчатыми и голубыми листьями, а между ними множество цветов-кристаллов. Мать любила цветы и не скупилась на покупку гномов-садовников.

По-моему, их было в саду почти столько же, сколько самих цветов. Прогуливаясь по саду, я то и дело на них натыкался, что меня сильно раздражало – мне хотелось уединения, поэтому я и сбегал при первой возможности на руины древнего храма. Хаоситы здесь не появлялись, считая это место проклятым, что меня вполне устраивало, и я старательно поддерживал существующее мнение, привнося свою лепту в распространение выгодных мне слухов среди слуг. Бросив ургалу пяток наслингов – пятнистых безволосых крыс хаоса в полметра длиной, я отправился в свои покои, расположенные на верхнем этаже дворца, примыкающего одной стороной к скале. Мать и сестра Залина не любили, когда от меня пахло ургалом, поэтому я тщательно вымылся в водопаде личного небольшого сада, в котором настоящие деревья и кусты из срединных миров росли в больших керамических горшках и деревянных кадках. Сад был разбит на широком каменном уступе, в виде террасы – примыкающей одной стороной к моей спальне. Водопад низвергался из клыкастой пасти демона, чей лик был высечен в скале под нависающими гранитными плитами площадки, на которой стояла Черная Пирамида Хаоса. Подойдя к зеркалу, я задумался, какую бы мне принять форму для ужина, чтобы и народ удивить, и мне было удобно в ней сидеть за столом. Я со смешком вспомнил, как однажды в детстве приняв форму кургузого бочонка с короткими ручками, еле втиснулся в свое кресло. За столом все давились от смеха. Руки пришлось срочно удлинять, так как я не мог дотянуться ни до одного блюда, за что отчим мне потом сделал выговор: за едой по этикету применять метаморфозу строго запрещалось. Подумав, остановился на форме двухголового поджарого демона. Одна голова пусть ест, а вторая поддерживает светскую беседу: у нас сегодня были гости. А то за разговорами останешься голодным, рассудил я практически. Довольный собой, я облачился в черный камзол, нацепил обязательные для царской особы атрибуты и отправился в обеденный зал.