Твой образ блистающий. Дневник Белы

Да, стоит в курилке с операторами. Теперь он часто вот так… Встречает? (Подойти бы, сунуть руки под его куртку-дублёнку, прижаться щекой к лохматому свитеру!) Но прошмыгиваю мимо, бросив всем «здрасьте», от которого и ему – «кусочек».

А после обеда, когда поднималась в аппаратную, окликнул:

– Бэт, разрешите узнать! – Остановилась. – Если на спецэффекте делать стоп-кадр, то после него обязательно нужен ракорд на семь-восемь секунд? (А в глазах-то – совсем другое!)

Объясняю. Нет, не понимает.

(Хочет просто побыть рядом?) И опять говорю, а он смотрит с полуулыбкой:

– Пожалуйста, еще раз.

– Лис, у меня через две минуты эфир (Да рада я Вам, рада!) и поэтому в последний раз популярно объясняю: восемь секунд нужны для того, чтобы дать команду на включение синхрона, что ж тут непонятного?

– Все. Понял, – словно точку поставил.

А я уже иду в аппаратную… а он остается там, на ступеньке, и знаю!.. смотрит вослед.

…Записывали кадры к журналу, «воплощая» мои идеи и был послушен, даже робок, так что всё получилось отлично.

Потом вместе торопились к Комитетскому автобусу, – ждали только нас, – стояли рядом, говорили о том, что получилось, что – нет и никого не замечали, а когда шофер вдруг притормозил и меня бросило прямо на него, то я, схватив его за плечо, вскрикнула:

– Ой, держите меня!

И он покраснел!

…Заходит в наш кабинет часто и тогда выходим в холл, садимся рядышком в зеленые кресла, и «ведём творческие беседы», вот и сегодня… Советую записать с ПТВС цикл передач: «Диалоги с улиц».

– Да, хорошая идея, – не отрывает глаз от моих рук.

А в них – карандаш, я поигрываю им.

– А еще можно сделать выездной «Прямой провод» из села, – не унимаюсь. – Да, он опять согласен… и всё так же смотрит на руки. – А если пригласить еще и ученых из сельхозинститута, – разыгрывается моя фантазия, – чтобы советы давали… (Да что ж он прилип к моим рукам?)

И прячу их подмышки.

Тогда вдруг встаёт и уходит. Что это было?»

Да знала, знала Бела, «что это было»! Но то ли не хотела верить, то ли боялась… Да и мне всего не говорила, если иногда и спрашивала: как он – к тебе?.. а ты к нему? А, впрочем, если бы и рассказывала? Ведь тот сложный клубок из разноцветных нитей, который наматывался вокруг её сердца, размотать мне было бы не под силу, – все нити уже переплелись, и ей предстояло жить с ним, не ожидая советов.