Измена по-французски

Перед Люсьен сидел худощавый, жилистый мужчина весьма задрипанного вида. «Да, чтобы лечь с ним в постель, это надо себя уговорить…» – оценила она его с первого взгляда. Он сразу начал разговор, четкий и без лишний слов. Голос такой уверенный и спокойный. «Владимир. Был на войне, в Беслане. Сейчас работаю в государственном учреждении с трудными детьми, бывшими преступниками, наркоманами. Жена умерла от алкоголизма, «асфальтная болезнь». Бороться оказалось бесполезно. Теперь алкоголь в доме запрещен. Двое дочерей.

Старшая живет отдельно с парнем, младшая со мной. Ксюше 15 лет, девочка ласковая, просит найти маму. Знаете, с девочками все непросто – девичьи вздохи, наряды. В таких делах участие взрослой женщины нужно. Пробовал съехаться с одной, не сложилось. Не нужна ей Ксюха. Ищу ту, которая разделит мои взгляды на жизнь и интересы. Хочу взять из детдома мальчика-подростка, поставить на ноги. На выходные планирую брать и других детей из детдома. Они должны видеть, как устроен быт, участвовать в приготовлении еды, ходить в магазин, общаться в семейной атмосфере».

Люсьен стало интересно. Он единственный среди всех, кто предложил конкретную модель жизни.

И началась у Люсьен новая, совсем другая жизнь. Володя продал свою квартиру, она достала сбережения, и они купили небольшой двухэтажный дом в Подмосковье. Люсьен сразу принялась судиться с наглым соседом, который поставил забор, захватив метр по краю от их участка. «Психолог женился на психопатке!» – кричал он ей со своего огорода.

Она в отместку будила вредного соседа в шесть утра газонокосилкой, активно скашивая траву туда-сюда, туда-сюда вдоль забора. Через неделю они оба затихли, и больше он с ней не связывался.

Люсьен старалась быть правильной женой, мамой и хорошей хозяйкой. Даже парочку кур завела. Когда мимо курятника ходила, все время их передразнивала. Эти две смешные кудахталки несли столько яиц, что не переешь. Володя их распродавал коллегам на работе по 90 рублей за десяток, хотя она настаивала на цене по 120 рублей, но на него это не действовало – «вот же упертый».

Ей нравились друзья Сергея, приличные семейные люди, готовые всегда помочь. Шашлыки на праздники в беседке, приятное общение – хорошая жизнь. С девочкой наладила контакт. Официально оформила опекунство. Это было важно для Ксюши.

– И зачем же девочке в пятнадцать лет мама? – задала ей вопрос судья.

– Мне скоро пятьдесят, а я до сих пор звоню маме каждый день.